— Мне не показалось, — моментально насупилась девушка. — Я видела, клянусь святыми! Лис, ты мне веришь?
— Угу, — согласилась Алиса, которая даже не вслушивалась в болтовню и мысленно витала в совершенно иных местах.
И она, и я, в отличие от брата с сестрой, ели мало. Что занимало ее мысли? Кого она высматривала в толпе?
Лично мне хотелось бы посетить библиотеку, а после оказаться в кровати, укрыться одеялом и забыться крепким сном. Увы, но сна мне не видать в общепринятом смысле. Тело отдохнет, но не душа. В свои собственные задумки я боялась верить. Все казалось сложным. Противоречивым.
Как долго мне удастся скрывать от ребят, что знаю принца не только по урокам истории и их рассказу? Да и людей, участвующих в моей жизни, значительно прибавилось. Принц Бенджамин, профессор Джеймс Риган и Дариан Стоун. В один миг в мою жизнь вошли сразу три мужчины — слишком много для девушки, которая не знала, что такое серьезные отношения. А ведь в брачный возраст вступила, как выражалась гувернантка.
И что должно пугать — каждый по-своему хорош и к каждому испытываю разные чувства. Но все трое имели свои секреты и особенности. Двоих из них мне приписывали в ухажеры, а о третьем даже и близко не ведал хотя бы один живой человек. Но с кем я могла бы не только встречаться, но также любить и быть любимой? В школе девочки меж уроками читали любовные истории и грезили о прекрасных принцах, благородных рыцарях в сияющих доспехах и сумасшедшей крышесносной вечной любви. Что греха таить, я тоже мечтала и читала даже больше, чем они, иногда заливаясь краской и кусала губы, когда доходила до описания интригующих и очень интимных моментов. Но только этим дочка королевского библиотекаря и могла довольствоваться — книгами да случайно подслушанными рассказами. Потому что воспитание не позволяло вести себя слишком вольно. А позже не только ко мне, но и к ним, чудо рассказчицам, пришло осознание, что сказки — всего лишь сказки. В жизни не всегда почувствуешь нечто подобное.
Бенджамин — принц, пусть и проклятый, но все-таки еще может сбросить оковы сна и вернуть законный трон. После того сна я едва убедила себя в том, что все ощущения и горящий взгляд его светлых глаз — лишь иллюзия. Что эмоции вызваны тем, что просто никто другой не касался ко мне так, словно я — сокровище. Самая ценная и безумно важная. Тем не менее, он обязан обучить той магии, которой наделил без моего согласия. И сейчас Бен — учитель. Нельзя обращать внимание на то, что несмотря на возмущение, кровь рядом с ним нагревается. Засну, и начнется мой первый урок в другой реальности. Хоть какая-то отдушина за потерю покоя. Главное — не нанести урон кому-нибудь и не подпалить шторы в настоящем мире. Надо сразу решить вопрос с неконтролируемым выбросом магии.
Чуть поодаль от королевы, рядом с библиотекарем, сидел Риган. Мужчина держал в руке серебряный кубок и выглядел еще более отстраненным, чем обычно. Интересно, что он пьет? Ягодный сок или напиток по-крепче? Сложно предствить его в веселом состоянии. Впрочем, у него есть право на определенные вкусы и предпочтения, а я лишь студентка, которая извлекла из своего несчастья и его недосмотра выгоду. Какое ему дело до моего неодобрения или наоборот? Сегодня праздник, и он может расслабиться. Смешно, что он будет учить отдельно, поддавшись шантажу. И смущает, что вдовец проявил заботу — материалы, письмо и чересчур частое информирование насчет церемонии, пусть и неполное. Может, что-то задумал? Лишь бы не совсем выходящее за рамки допустимого, хотя о чем это я? Он ведь сама сдержанность и воспитанность. Какие бы не приписывали мне отношения с профессором, я не могу представить себя с ним. Вот просто не могу и всё!
И Риан Стоун. Парень, чьи заслуги отпечатались в памяти так же хорошо, как свежие следы ботинок в грязи. Общаешься с ним, и невольно сравниваешь любую брошенную фразу с натянутой до предела нитью. Такого напряжения я еще ни с кем не испытывала. Да и неловкости хватало с лихвой, взять тот случай в больничном крыле! Вопрос в том, сможем ли мы стать друзьями и не навредить друг другу? Или что, если он когда-нибудь испытает мне то, на что намекала Кэсси?