Я слышала, что он славился не только храбростью, но и осторожностью. Но что сделает ему девчонка вроде меня? Словами если только ужалит…
— Ты скрываешь намного больше, чем говоришь. Я же чувствую. Я вижу это. И надеялась, что… что знаю все. Как еще долго мне ждать новый кусок правды? Или я буду допытываться, выуживать всё кусочек за кусочком?
Он замолчал, и лишь потом взял мои руки в свои, посмотрел прямо в глаза и проникновенно произнес:
— Что касается нашей связи и ведомо мне, я раскрыл. Прости меня за то, что причинил неудобства, Эстер.
Не нужны мне извинения, которые озвучены лишь потому, что пришлось упрашивать.
— Помоги моим друзьям! Помоги снять то, что наверняка убьет их, и тогда, возможно, я прощу тебе привязку, навязанную против моей воли, а еще тот факт, что все, кто в курсе того, что стряслось со мной на самом деле, считают меня твоей невестой.
Он резко побледнел и как будто даже постарел лет на десять.
— А кто знает? — сейчас он как никогда испугался, но рук не отнимал, лишь чуть крепче сжал. — Ну? Кто еще?
А вот так сразу я не скажу.
— Хватку поумерьте, ваше высочество, — высвободиться получилось не сразу.
Да и тыкать я как-то поспешила. Но что уж поделать? Мой собеседник отлетел прочь шагов на пять и, кажется, готовился облысеть — вон как схватился отчаянно за собственные волосы! А нет… Я поспешила. Он оставил несчастные темные пряди в покое, и сжал большие ладони в кулаки.
— Пожалуйста, назови имена тех, кто знает, — сорвавшимся до страшной хрипоты, словно только что кричал, голосом попросил Бен. — Я уверен, что все эти люди достойные. Но важно удостовериться. Прошу тебя.
И я сдалась.
— Стоун, Ворман и Риган, — прошептала я.
Буду надеяться, что дурного не будет.
— Риган? — он уцепился за третью фамилию и затем огорошил еще сильнее. — Джеймс Риган?
— Д-да, — выдавила и крепко-накрепко зажмурилась.
Принц не шевелился. И молчал. Вот о чем он сейчас думает? Нет, ну точно сейчас обвинит в беспечности и наивности, скажет, что я доверяю не тем людям. Я ожидала плохого, но не того, что мужчина окажется рядом, обхватит меня за талию и закружит, засмеявшись прямо в ухо:
— Это хорошая новость! По-настоящему хорошая, ты понимаешь! Он сможет помочь… — и поцеловал в щеку.
Щелк. И он, и я замерли. Точнее, что Бен чувствует, я не была уверена — понять бы реакции своего тела на это безумие. Его поцелуй сначала парализовал, а затем прошиб подобно заряду молнии до самых костей.
Вот разве так бывает? Разум поплыл, а ноги стали ватными. Нет, Эс! Не вздумай! Соберись! Вот же черт… Неосознанно внимание привлекли чувственные мужские губы и почему-то теплые голубые омуты. Притягательные. Но нужно спуститься с небес на землю, пока не натворила ошибок. Да и вообще…
— А как… — мой голос все же дрогнул. — Впрочем, это может подождать. Отпусти. И не извиняйся, — добавила, заметив, что он открыл рот, чтобы возразить.
— Хорошо, как скажешь, — согласился Бен. — И еще я обещал тебя научить справляться с моей силой.
Тепло окутало. Все-таки приятно, что он помнит.
— Да, еще наяву прошел первый урок. Ты помог расколдовать одного из моих друзей. Что это за заклинание?
Бенджами отказался объяснять.
— Оно одноразовое. Хорошо, что сработало.
— Да, я не забыла. Но может, тебе известно еще какое-нибудь? Или ритуал?
— Конечно, да, я же принц. Итак… Во-первых, для него требуется волшебство королей и королев Дагории. Хотя бы один участников обязан им обладать. Такое у тебя есть.
— Ага, — поежилась.
Еще бы привыкнуть к нему.
— Во-вторых, для сотворения требуется как минимум четыре человека.
А вот здесь проблемка…
***
Неожиданный стук в дверь обрушился как гром среди ясного неба. Эстер еще спала, снотворное погрузило ее в такой глубокий сон, что поможет только время, магия или другой настой, припасенный на всякий случай. Ни шум, ни гам, ни даже война или буря — если они разразятся здесь и сейчас — не разбудят девушку. Риган проверил ее пульс, и громким, но ровным тоном отозвался:
— Открыто!
Вошла Катрин Эйгс с самым уверенным и надменным видом, какой Джеймс только мог наблюдать у знакомых ему людей.
— Так и думала, что вы здесь, — лед ее слов обрушился, как лавина. — Мне сказали, что бодрствуют два второкурсника.
Хорошо, что он не хлюпик какой.
— Так и есть, — Эстер удивилась бы его спокойствию и выдержке. — А тебя как всегда, так и тянет радовать людей своим присутствием. Неужели в ордене не нашлось никого более опытного?