— Тогда чего с тобой всё-таки приключилось, дядь? — спросила Женя, приземляясь на диван чуть левее. — Ты как посреди той ямы оказался?
Говорила она беззаботно, но что по её глазам, что по глазам Тимофея было видно, что к данному вопросу они оба относились предельно серьёзно. И Константин понимал их настороженность. Правда понимал. Сам бы он с ничуть не меньшим подозрением относился к человеку, которого увидел бы голым в лесу. Скорее всего, даже с куда большим, поскольку в свой дом он бы подобного человека пригласил ну очень вряд ли.
Но, опять же, а что Константин должен был им рассказать? Правду, которая однозначно охарактеризовала бы его как умалишённого?
Нет, это точно был не вариант.
Медленно попивая чай, Константин наспех сочинял про себя историю, в которую бы можно было поверить и которая бы при этом учитывала те безумные обстоятельства, что их с Тимофеем и Женей встречу сопровождали. Получалось откровенно так себе, но сказать что-то всё равно было надо. А потому, уложив в голове последние детали, Константин начал свой рассказ.
— Как уже говорил, не знаю, — с растерянной улыбкой произнёс он. — Я на поезде ехал. В Омск. А сел в Ульяновске. У меня в Омске сестра живёт. Валя. У неё у дочки день рожденья скоро. С подарком вот и ехал. Велосипед купил детский. Хороший такой, зелёный. Помню, как, вроде бы, мимо Челнов проезжали. Может, уже чуть дальше, не уверен. А потом раз, и я уже посреди леса с раскалывающейся от боли головой. При себе ни одежды, ни хоть чего-то ещё. Ума не приложу, как так вышло.
Бред…
Какой же это всё был бред…
Константин прекрасно осознавал весь идиотизм рассказываемой им истории, но ничего лучше придумать, увы, не мог. Уж точно не в такие сжатые сроки. Оставалось лишь надеяться, что его история прозвучала достаточно неказисто, чтобы показаться правдоподобной. Ведь разве стал бы кто-нибудь выдумывать подобную чушь?
— Так тебя ограбили, что ли? — задала Женя свой следующий вопрос.
Тимофей же просто продолжал молча слушать.
— Видимо, не знаю, — ответил Константин. — Понимаю, как это звучит, но я правда понятия не имею, как тут оказался. Хотел бы рассказать больше, но…
Константин виновато развёл руками и всецело отдал себя под суд двух незнакомых ему людей.
— Да уж, — протянула Женя, сложив за головой руки, и повернулась к Тимофею.
Тот в задумчивости нахмурился.
— Ладно, — заговорил он. — Давайте пока покушаем, а на сытый желудок, глядишь, и ещё чего вспомнишь. Ты же голодный?
— Очень, — ответил Константин, не задумываясь.
Для него главным было то, что на пока прямой допрос закончился и можно было переключиться на что-то ещё. Он даже предложил свою помощь в чём бы то ни было, но Тимофей сказал твёрдое «нет» и велел ему отогреваться дальше. Константину оставалось только согласиться. Он допил свой чай и целиком погрузился в разговор с Женей, пока её дедушка в одиночку отправился на кухню.
И Женя оказалась ну очень любознательной и словоохотливой.
Оставив историю с его появлением за скобками, она без тени стеснения расспрашивала Константина о том, кто он вообще такой и чем по жизни занимается. И, в целом, он отвечал ей достаточно откровенно. Сглаживал Константин в своей биографии лишь самые острые углы, как, например, причину, по которой он оказался за решёткой. Константин сказал, что лишь сильно покалечил человека, а не убил его, и что сделал это выполняя свои непосредственные трудовые обязанности. Суд же просто не захотел вставать на его сторону и оформил наказание в виде двух с половиной лет лишения свободы. Которые Константин, разумеется, честно отсидел.
Со своей стороны Женя также немного рассказала о себе и Тимофее. От неё Константин и узнал, что Тимофей, вообще-то, являлся государственным лесничим и осуществлял надзор за местной флорой и фауной. Участковое лесничество. Так она это назвала. Константин с работой лесничих знаком был крайне поверхностно, а потому пояснения Жени внимательно слушал. И в то же самое время в голове его крутилась песня «Лесник» бессмертной группы «Король и Шут».
— А ты точно не мутант? — в какой-то момент вдруг спросила Женя.
Константин допил свой чай и, глянув на дно опустевшей кружки, задал встречный вопрос.
— А что, похож?
— Как будто это всегда можно сказать, просто на человека взглянув, — ответила Женя, пристально к его лицу присмотревшись. — Но нет, так нет, — вскоре заявила она с явным разочарованием. — Жаль, конечно. Мне бы хотелось хотя бы ещё одного такого же встретить.
Константин посмотрел на неё с лёгким недоумением и уже почти начал расспрашивать о подробностях, как со стороны кухни донёсся голос Тимофея. Он позвал Женю к себе, и она, резко вскочив с дивана, умчалась прочь.