— Да ладно тебе, весело же было, — заявил Аркадий, бросая на стол две десятки.
Черви и пик.
Первую Пётр покрыл валетом, а на вторую пришлось использовать козырной туз. В этот момент ему стало немного жаль, что они играли не в переводного Дурака. Момент для использования собственной десятки треф был просто идеальным.
— Когда как, — неопределённо ответил Пётр, готовясь уже скидывать четыре карты в «сброс».
Но тут рука Аркадия пришла в движение, и он выложил ещё одну карту. Валет треф. И вот его уже Петру крыть было попросту нечем.
— Так и скажи, что злишься, потому что чаще проигрывал, чем выигрывал, — широко заулыбался Аркадий.
— Глупости, — не согласился Пётр, подгребая все карты к себе. — Я давно это перерос. Беру.
Теперь у него на руках было целых девять карт. Шансы на победу в этой партии стали практически нулевыми. Следовательно, Петру следовало готовиться уже к пятому поражению за сегодняшний вечер. При всего двух победах.
Дурак — это определённо не его игра.
— Я выиграл, — огласил Аркадий, выкладывая две дамы. Последние его карты. — Тасуй и сдавай заново.
Петру оставалось только лишь принять своё поражение.
Ловко орудуя металлическими пальцами, он собрал все карты в одну прямоугольную колоду и принялся медленно её тасовать, стараясь не смять ненароком. И, в целом, у него выходило. Вмятинки если и образовывались, то едва-едва заметные.
— А откуда у тебя вообще взялась колода? — поинтересовался Пётр, продолжая тасовать.
— Она у меня всегда при себе, — ответил Аркадий, подпирая кулаком подбородок. — Никогда не знаешь, в какой момент она может пригодиться. Лучше иметь её при себе и не использовать, чем не суметь достать, когда понадобится.
— Говоришь так, будто это нож за пазухой или что-то вроде, — прокомментировал Пётр, начав сдавать.
— Хорошая колода карт порой может сделать гораздо больше, чем самое лучшее оружие, — ответил Аркадий. — Не знаю, в курсе ли ты, но мы как-то через игру в Дурака бюджетные вопросы решали.
— Серьёзно? — недоверчиво посмотрел на него Пётр.
— Более чем, — подтвердил Аркадий. — Собрались я, Миша и главы ещё нескольких ведомств. Убили на это три часа, но по итогу, исходя из количества побед, распределили деньги. Весело потом было смотреть на обсуждение этих цифр в парламенте.
Аркадий тихо посмеялся, а Пётр искренне попытался такую ситуацию представить. Неужели Михаил и правда мог пойти на подобное?
С одной стороны, это было вполне в его духе, а с другой, он всегда очень серьёзно к государственным делам относился. Вряд ли бы Михаил на самом деле стал распределять между ведомствами деньги только лишь на основе результатов карточной игры. Наверняка там всё не так просто было, как со слов Аркадия казалось.
Закончив раскладывать карты, Пётр выложил слева червовую восьмёрку, обозначая новый козырь, и поставил на неё оставшуюся колоду.
— Ходи, — сказал он Аркадию, оценивая собственный набор, но начать ещё одну партию они так и не смогли.
Дверь в кабинет открылась.
Аркадий резко обернулся, а Пётр лишь поднял свои глаза.
— Привет, мальчики, — помахала им Наталья, ногой закрыв за собой дверь. — Смотрю, начали развлекаться без меня. Как невежливо.
Нахально улыбаясь, она медленно двинулась вперёд, держа в левой руке чёрный пластиковый кейс. В отличие от ночной их встречи, на сей раз Наталья была одета. Правда, достаточно специфично. На ней был строгий мужской костюм и мужские же ботинки. Без галстука, с распахнутым пиджаком и расстёгнутыми на рубашке тремя верхними пуговицами. Образовывавшийся по итогу вырез проходил на грани фола.
Аркадий буквально прожигал Наталью ненавидящим взглядом, но та лишь заигрывающе ему подмигнула.
— Романова, — почти выплюнул её фамилию Аркадий.
— Единственная и неповторимая, — подтвердила Наталья с нескрываемой гордостью. — Чего нельзя сказать о тебе, маленький предатель.
Аркадий сжал подлокотники так сильно, что те сразу же треснули.
— Хватит, — тихо, но твёрдо пресёк их перепалку Пётр и отложил в сторону карты. — Это то, что ты обещала? — спросил он у Натальи, кивая на кейс.
— О да, — подтвердила она, заулыбавшись ещё шире.
— И как ты только можешь позволять ей… — прошипел сквозь стиснутые зубы Аркадий.
— Цыц, — перебила его Наталья. — Не мешай маме с папой разговаривать и терпеливо жди своего наказания.
Аркадий мгновенно вскочил на ноги.
— Хватит, — повторил Пётр уже несколько громче. — Наталья, прекращай его провоцировать, или забуду о нашей договорённости здесь и сейчас.