На улице ветер бьёт в лицо холодом, проясняя мысли. Она хочет пойти к Лике домой, поговорить, извиниться, но вдруг понимает: она не знает, где та живёт. Только смутное «где-то в той стороне», брошенное как-то в разговоре. Катерина ни разу не была у неё в гостях.
Слёзы подступают к глазам, горячие и горькие. Она называла Лику подругой — близким человеком, почти сестрой, — но что она о ней знала? Ничего. Абсолютно ничего. Осознание врезается, и Катерина замирает посреди сквера, чувствуя, как мир вокруг рушится ещё сильнее.
***
День тянется за днём, как бесконечная серая лента. Ночь растворяется в бледном утреннем свете, а утро неизбежно перетекает в работу. Катерина шагает в офис с привычной пустотой в груди, где раньше теплился хотя бы слабый интерес к делу. Теперь там лишь равнодушие. Ещё один день за экраном, ещё одна череда задач, которые она выполняет на автомате.
Она и представить не могла, что её рабочий настрой — да и настрой всего коллектива — держался на одном человеке. На Лике. Её отсутствие ощущается физически: воздух в офисе стал гуще, тишина — тяжелее, смех — реже. Может, конечно, это хандра играет с восприятием Катерины, а может, коллеги и правда помрачнели. Но сил разбираться в этом у неё нет. Последние дни выжали её до капли: слёзы в подушку, звонки в полицию, где ей сухо сообщили, что Лики Нарст нет и не было в этом городе. Был кто-то с такой фамилией, но имя не разглашают — конфиденциальность.
Время доходит до обеденного. Она плетётся на общую кухню, ноги сами несут её по знакомому маршруту. Краем глаза замечает Марка в его кабинете — дверь нараспашку, а он, как всегда, сидит, уткнувшись в монитор. Его пальцы бегают по клавишам, мышка щёлкает с яростной скоростью. Любопытство тянет Катерину ближе. Она тихо заходит и становится за его спину.
На экране — игра с видом сверху. Десяток персонажей снуют по карте: леса, поля, реки. Марк управляет одним из них — фигуркой в чёрном плаще. Персонаж подбирает зелёный светящийся круг, и его силуэт озаряется мягким сиянием. Плащ становится кроваво-красным. В углу экрана всплывает уведомление: «Ранг вампира повышен».
Марк так поглощён, что не сразу замечает её, и запоздало вздрагивает, чуть не роняя мышку на пол.
— Тебе что-то нужно? — бросает он, голос резкий, но без злобы.
Катерина качает головой.
— Нет, просто интересно, чем ты занят.
Он хмыкает и возвращается к игре. Персонаж ныряет в чащу, уворачиваясь от стрел какого-то охотника. Катерина смотрит молча. Вампир. Слово цепляет воспоминания: Лика и тот парень в капюшоне. Интересно, знакомы ли они? Но спросить не у кого — Лика исчезла, парень пропал. Может, он давно покинул город, растворился где-то за горизонтом. Но это уже не имеет значения. Хандра накатывает с новой силой, липкая и холодная. Катерина отходит, оставляя Марка в его виртуальном мире.
Дорога домой не приносит облегчения. Сквер встречает её унылым шелестом листвы и запахом сырости. Она не вслушивается в звуки, не любуется багрянцем деревьев — всё кажется бесцветным. Завтра последний рабочий день перед выходными, потом снова понедельник, и так по кругу. Всю жизнь? Катерина морщится от этой мысли. Ей нужно что-то большее, но что именно — она не знает. Впервые она даже благодарна тому парню за его клыки и провалы в памяти. Это было страшно, но хотя бы встряхнуло её рутину.
На перекрёстке, где она обычно идёт прямо к дому, ноги сворачивают в сторону. Катерина не сопротивляется порыву — хочет идти куда угодно, лишь бы подальше от привычного. Она шагает без цели, глядя на лица прохожих. Молодая блондинка в строгом костюме с тёмно-синей юбкой говорит по телефону — вылитая Зои, только без каблуков и пафоса. У киоска женщина с ребёнком: девочка в яркой куртке тычет пальцем в витрину, выпрашивая мороженое. Мимо проходит парень в чёрной толстовке и джинсах. Катерина замирает, сердце пропускает удар. Но нет — бородка, светлые волосы, одежда слишком новая. Не он. Она провожает незнакомца взглядом, в котором мешаются разочарование и тоска.
Её мысли перескакивают на вампиров. Сколько их вокруг? Она начинает украдкой заглядывать прохожим в глаза, ища красноватый отблеск, улавливать улыбки, пытаясь заметить клыки — единственные признаки, которые ей известны. Но у Лики красноватого отблеска не было, значит, это тоже не показатель. Прохожие косятся в ответ, кто-то ускоряет шаг, кто-то хмурится. Катерина отводит взгляд, чувствуя себя неловко.