В постоянной боязни упасть не отрывая взгляда от собственных рук, сжимающих седло, Эва вдруг поняла, что совсем забыла указать нужный им поворот. Просила же дать ей сопровождающего из местных! Теперь крюк делать такой, что..
Неожиданно для себя она увидела, что они поднимаются к горе именно там, где следовало. Должно быть, лорд к войне неплохо готовился и изучил их края. Что ж, хоть какая-то с того польза.
Непривыкшие к жесткости седла бедра уже болели. От постоянного напряжения в теле стало казаться, будто что-то твердое упирается в поясницу. Эва немного поерзала, пытаясь устроиться поудобнее. Широкая грудь за ее спиной стала вздыматься быстрее.
— Чего возишься? — почти сквозь зубы.
— Извини, господин. Все тело гудит.
Уж как его тело гудело сейчас, ей знать не стоит. От нее исходил устойчивый запах пота и сырости, что, в общем, не удивительно. Судя по всему, в попытке замаскировать аромат темницы Эву еще и надушили чем-то, что совсем ей не подходило. Сочетание вышло более чем отталкивающим, но Амен отчего-то думал о том, как на самом деле пахнет ее смуглая кожа. Может, это сладкое молоко.. или ягоды.
Он крепко сжал поводья, пытаясь овладеть собственными мыслями, отвлечься, не думать о ней так. Амен с радостью пустил бы лошадь галопом, только бы быстрее их поездка закончилась, да расшибиться в такой темноте заодно с девчонкой совсем не хотелось.
Ему говорили, что она может проникать в сны, но способна ли сознание спутать, наслать наваждение? Нет, слишком испуганная сейчас, чтобы колдовать. И магии от нее он совсем не ощущал, хоть это и странно.
Когда они наконец оказались возле горы, Амен выдохнул облегченно, да и Эва явно расслабилась. Спешившись, он помог ей спуститься и привязал лошадь к дереву. Захватив из седельной сумки мешок, последовал за нетвердо шагающей ведьмой.
— Далеко идти?
— Нет, господин. Вон за тем склоном роща и озеро — туда нам нужно.
Оглядываясь по сторонам, он спросил:
— И чем так уникальны эти цветы?
— Из них делают яд, они же противоядие. Многие, как лекарь твой, не знают, как их применять. А вот охотничек, по всему видать, со злом явился не к тем людям, раз удостоился..
Крепкой рукой лорд схватил ее за плечо и развернул к себе, не позволяя договорить. Склонившись к лицу, угрожающе гаркнул:
— За языком следи! — видя, как она стушевалась, усмехнулся: — К кому мы со злом приходим, ведьма, того ни один яд не спасет.
Амен отпустил ее, едва не отталкивая от себя, и широким шагом направился к нужному месту. Прикусив щеку, Эва молча двинулась за ним следом, опустив глаза, только бы не смотреть на его широкую спину. Убивать людей ей не доводилось, но будь у нее при себе кинжал, наверняка всадила бы его ублюдку по самую рукоять.
От захлестывающей ненависти было трудно дышать. Безотчетно она коснулась подсохшей корки на разбитых губах, будто подпитывая пылающее в ней чувство. Если только представится ей возможность..
Остаток пути они преодолели в молчании. Амен пропустил ее вперед, то и дело бросая гневные взгляды на тонкий девичий силуэт. Он был готов поклясться, что ведьма все чувствует, сжимает плечи, стоит ему посмотреть. Это даже радовало — то, как она из страха вынуждена придушивать свой мятежный нрав, явно подтачивало ее изнутри. Что случится, когда этот шаткий фасад обрушится? Ломать ее становилось все интереснее.
Пройдя через ничем не примечательное ущелье, они оказались в густой акациевой роще, что окружала маленькое озеро. Темная вода то тут, то там подсвечивалась голубоватыми огоньками, блуждающими над его поверхностью. Ветерок мягко трепал листву и траву, гармонично вплетая их шелест в стрекот сверчков и лягушачье пение. Сладковатый воздух приятно расслаблял. Какая спокойная ночь..
— Сюда.
Ведьма остановилась вполоборота к нему, сверкая янтарными глазами, словно степная кошка во время охоты. Амен вдруг понял, что кошачьего в ней и впрямь много — мягкая поступь, изящные линии тела, взгляд.. Выпускать когти Эвтида явно умела, но умела ли ластиться?