Он приближается к ее лицу, касается дыханием кожи. Отсветы водопада красиво пляшут на ней, отражаясь даже в глазах — таких доверчивых, ярких. Эва смотрит так, словно мечтала об этом моменте уже давно, представляла себе, ждала, что он сделает этот шаг. А что, если вправду..? И почему ему так хочется его сделать?
— Амен! Эва! Вы здесь? — слышится голос Тизиана.
Она вздрагивает, но не двигается с места, замечая его спокойствие. Неужели лорду наплевать, что их застанут вот так? Наверняка пойдут разговоры, кидающие тень на его репутацию. О своей она не думает вовсе.
— Куда все делись? Амен?
Всплеск — охотник входит в озеро и явно приближается к ним. Скоро его размытый силуэт заметен сквозь поток. Лорд все так же неподвижен, а ей хочется прокричать в его лицо, чтобы он сделал хоть что-то. Чтобы приказал Тизиану уйти. Чтобы наконец стер это чертово расстояние между ними.
Не выдерживая напряжения, Эва ныряет под воду и ловко уплывает прочь за пару мгновений до того, как Тизиан вторгается в их убежище.
Амен ухмыляется.
Он нашел ее слабое место.
Арт - t.me/purple_inferno/97
В огне
Обратная дорога к замку проходит напряженно. Амен намеренно пропускает вперед спутников, решая продолжить игру. Сидящая перед ним ведьма скованна и молчалива, хочется расшевелить ее немного.
— Все в порядке? — тихо над ухом, задевая горячим дыханием, отчего она втягивает голову в плечи.
— Да. — беспокойно и неуверенно. — Боязно ездить только, как и всегда.
— Не лошади следует бояться, когда я с тобой рядом.
Что это за угроза такая, что звучит так мягко? Эва сильнее впивается пальцами в седло, старается прогнать собирающиеся на коже мурашки. Широкая ладонь, такая теплая, что чувствуется через ткань платья, ложится на талию, медленно продвигается выше, задевая ребра.
— Сядь ко мне ближе, так удобнее будет.
Звук его голоса, эта близость — словно иголками под кожу. Его запах окутывает и манит. Ужасно тянет уткнуться в эту крепкую шею и вдыхать жадно, запутавшись пальцами в белых волосах. Она бы плотно свела колени, если бы не треклятая лошадь под ней. Хочется, чтобы лорд прекратил говорить так. Хочется, чтобы ни на миг не замолкал.
Что происходит, откуда вдруг эта перемена в нем? А в ней.. Прикрыв глаза, чтобы отогнать наваждение, Эва наперекор здравому смыслу представляет, как руки его станут смелее ее касаться, как губы будут жарко целовать плечи. У нее ведь никогда ничего такого и не было, но с ним рядом тело будто само знает, что ему нужно.
Как он смотрел на нее там, за водной завесой — будто никого больше нет в целом свете. Что бы сделал он, если бы Эва не струсила, осталась с ним? Приятная дрожь пробегает от мысли о поцелуе, который так и не случился. Он ей представляется бережным, аккуратным, хотя едва ли Амен таков. Да и какая разница — ей все равно никогда этого не узнать..
Фыркнув от неясно с чего одолевшей обиды, она ответила, отодвинувшись чуть дальше от него:
— Волосы не высохли, господин, рубаху твою намочат.
Ее волосы.. Амен смотрел на них чаще, чем следовало бы. Длинные, мягкие, завивающиеся легкой волной. Он бы мог рассказать ей сейчас, как хочет пропустить их между пальцев, как хочет сжать, намотав на руку — грубовато, но ей бы наверняка понравилось. Он бы тянул их на себя, заставляя ее выгибаться всем телом. Смотрел бы в ее затянутые легким туманом глаза, коснулся бы ее приоткрытых мягких губ своими и.. Что?
От странного чувства в груди его едва не мутит. Амен даже рад теперь, что она не согласилась, и сам отодвигается дальше, чтобы не упереться в нее ненароком. Не хватало еще, чтоб на смех подняла его ведьма. А мысли эти — с каких это пор он грезит о поцелуях, тем более с такой, как она? Заигрывается сам, прекращать нужно. Немедля.
— Хоть за гриву цепляйся, без разницы мне. — бросает холодно и хлестает поводьями, заставляя лошадь рвануть вперед.
Они быстро обгоняют сопровождающих и несутся по накатанной дороге, поднимая пыль. Эва в ужасе зажмуривается, молясь про себя всем богам и призывая проклятия на голову лорда, и на свою заодно.
У конюшен Амен спешился и в замок пошел, не оглядываясь. Она же к седлу приросла будто, растерянная от несбывшихся ожиданий. Он всегда снимал ее с лошади, крепко, но осторожно обхватив талию, мягко ставил на землю. Короткое мгновение, а так ярко засело в памяти..