Несколько дней Эва провела в доме Тизиана. Поначалу он пытался поговорить, развеселить ее как-то, но вскоре понял, что лучше всего будет просто дать ей время. Пожалуй, так и было — на третий день она вышла из отведенной ей комнаты и сама начала разговор о том, что будет с ней дальше.
В родное селение возвращаться не захотела — ей незачем смотреть на руины своего же дома. К тому же.. слишком близко к замку, слишком близко к нему. Отчего-то Эве казалось, что если не называть лорда по имени, то образ его быстрее сотрется из памяти. Как бы не так..
Первая ночь в доме охотника была адом. Стук копыт, скрип калитки, любой шорох — и она летела к окну, надеясь увидеть его, надеясь, что он примчался за ней и потребует сейчас же вернуться.
С рассветом мучения не закончились, не прошли и с новым закатом. Эва понимала, что он не придет, и все же не могла перестать травить себя ожиданием. Это как чертов рефлекс — прав был лорд, когда назвал ее собачонкой. Как собаку и выкинул за порог, когда надоела.
Она решила поселиться у самой границы владений, хоть Тизиан отчего-то и был против. Он сдался лишь когда ведьма пригрозила и вовсе уехать в чужие земли. Вздыхал тяжело, качая головой — до чего же они похожи. Два барана на одном мосту встретились, странно было ждать другого исхода.
Уже через пару дней охотник отвез ее в новый дом. Ей на такой и в жизни не заработать — добротный каменный особняк, у них похожий на всю деревню один был, у старосты. Маленький сад, несколько фруктовых деревьев, амбар со стойлом для лошади. И от прочих домов ее стоял в отдалении — позаботился, чтоб ей было комфортно.
— Тизиан.. Не слишком ли?
— Не слишком. Ты жизнь мне спасла. Обеспечить твою — ответ справедливый. — он приобнял ее за плечи. — За содержание не беспокойся, каждый месяц либо сам привозить буду, либо людей пришлю. Нужды терпеть не придется.
От слуг и охраны Эва все равно отказалась. Хоть и боязно было в незнакомом месте, но уединение все же привычнее. Да и вряд ли поселили бы ее рядом с головорезами. Ее и впрямь никто здесь не трогал, а большинство сторонилось даже. Уже спустя время узнала, что отряд воинов в каждый дом заглянул, прежде чем она появилась. Главе поселения наказали под страхом смерти следить, чтобы с ней ничего не случилось, а прочим этой самой смертью пригрозили, если обидеть решат.
Кажется, все было теперь в ее жизни, кроме спокойствия.
Запах, оставшийся лишь в памяти, туманил рассудок, заставлял искать его всюду, но ей не встречалось даже отдаленно похожего. Бесполезно было высматривать в толпе широкие плечи, среди десятков мужских голосов ни один не походил на тот, что так хотелось услышать.
Время спиралью закручивалось вокруг горла, сжимая, заставляя мучительно задыхаться. Тоска пробиралась под кожу, врастала в плоть так глубоко, что не выдрать. Часто Эва просто лежала на земле, глядя в бескрайнее звездное небо, пока слезы назойливо щекотали виски. Казалось, в этом небе можно было увидеть нежность, страсть и безумие, что звенели в пустоте его глаз. Казалось, что это не пройдет никогда.
Она хотела было просить Тизиана, чтобы дал обещание — не рассказывать лорду, где она поселилась. В первый раз постеснялась, а когда явился во второй, поняла, что тот и не спрашивал. Хорошо, что смолчала, хоть дурой себя не выставила.
Какая ирония.. Сама себе принадлежать перестала, и ему не нужна.
Эва научилась со временем не вздрагивать от каждого звука, не сидеть у окна до поздней ночи, но проклятая надежда увидеть его на пороге никуда не ушла. Интересно, вспоминает о ней хоть иногда? Думает ли о том, как касался ее тела, как целовал? Какие теперь видит сны?
Сама она снов не видела больше. Ни одного, даже малейшего предвидения, впервые так долго. Он будто все внутри выжег, ничего не оставив там, кроме гулкой пустоты. Разозлилась, решила не жить больше на их подачки. Хотела вновь начать с чужими снами работать, тогда можно бы и от жалования отказаться.
В глубине души ожидала, что об этом станет известно, что лорд снова пришлет отряд за колдуньей или сам явится. Опять в подземелье отправит или казнит сразу? Увы, узнать не придется.
Ее дар пропал, не работал больше. Как ни пыталась — все без толку. Хороша ведьма! Даже это он у нее отнял.. Совсем отчаявшись, Эва написала письмо наставнику: рассказала, как проникла в сон нового лорда, а после утратила все способности, но так и не дождалась ответа.