Почувствовав его тепло, Эва закрыла глаза, только бы как можно дольше удержать этот момент. Гладила рельефные плечи, прижималась теснее, не сдерживая сбившегося дыхания. Сердце колотилось так сильно, что стало не по себе.
Лопатки неприятно ударились о зубчатую стену, когда Амен всем телом прижал ее к смотровой башне. Приподнимая ее бедро, быстро пробрался рукой под платье, настойчиво блуждая по распаленной коже.
— Не могу без тебя. — прошептал ей на выдохе и снова поцеловал, так жадно и глубоко, будто в последний раз.
Провел губами по линии челюсти, скользнул языком по мочке уха, слегка улыбаясь от того, как в ответ на его движения позвякивали ее замысловатые серьги из серебра, задумываясь о том, какие подарит ей сам перед отъездом.
Ни на секунду не хотел от нее отрываться, касался каждого сантиметра трепещущего в его руках тела, и сам от ее прикосновений все сильнее изнутри разгорался. Лаская губами шею и открытые плечи, он стянул верх ее платья, не думая о том, что их могут увидеть. Мягко сжимая открывшуюся перед ним полную грудь, из последних сил сдерживался, чтобы не овладеть ей прямо здесь. Ее тонкие пальцы, пробравшиеся под рубаху, оглаживающие его торс, задачу не облегчали, а тихие короткие стоны заставляли сходить с ума от желания сделать их громкими и протяжными, заставить звучать всю эту ночь и каждую из последующих.
Стоны и впрямь раздались, только не ее. Кто-то по ту сторону стены тоже слишком увлекся друг другом, но не заботился о том, чтобы скрываться.
Эва неловко засмеялась, и Амен с улыбкой прижал ее к себе, целуя в висок. Обнимая его за шею, она тихо спросила:
— Не злишься?
— Злость — слишком мягкое слово. — погладив ее по волосам, устало вздохнул: — Не нужно об этом. После со всем разберемся.
К доносящимся снизу крикам примешались куда более пошлые звуки и эмоциональные комментарии, слышать которые, мягко говоря, не хотелось. Цокнув языком, лорд нахмурился и протянул ей бокал:
— Выпей и иди спать, не за чем тебе и дальше наблюдать это. — аккуратно убирая ее волосы за плечо, добавил тише: — Я приду попрощаться. Обещаю.
Приятная дрожь пробежала по телу, и Эва не смогла скрыть улыбки от того, как желанны были его прикосновения. Она кивнула и молча удалилась в свои покои, раздумывая, каким будет это прощание. Хотелось сделать его особенным, хотелось отдать ему все, навсегда запомнить.
Расчесав волосы, Эва опустилась на ложе, терпеливо ожидая, когда Амен выполнит свое обещание.
***
Амена не оказалось рядом, когда она открыла глаза. Голова странно плыла, тяжело было даже подняться. Сев на постели, Эва смотрела в окно, пыталась понять, день только начинается или уже надвигается вечер. Ее будто опоили чем-то, будто.. он ее опоил, усыпил специально, чтобы не помешала уйти!
Гневно стукнув ладонями по кровати, встала и, хватаясь за стены, побрела по пустому замку. Эва привыкла к нескончаемому шуму, что наполнял эти украшенные гобеленами коридоры, но сейчас было невозможно тихо, будто ни единой души не осталось здесь.
Она не встретила даже слуг по пути, пустым оказался и двор. Лишь двое часовых у ворот расслабленно бросали кости, сгорбившись над доской. Когда Эва взобралась на свою лошадь и проехала мимо них, они даже голов не подняли. Спрашивать у них что-то было бессмысленно, и так ведь все ясно.
Интересно, как далеко Амен успел уйти? Многотысячная колонна движется гораздо медленнее, чем один всадник, к тому же, большинство солдат в войске были пешими. Добавить сюда фураж, обозы с экипировкой.. Даже если выдвинулись затемно, дойти до столицы не успели бы. Значит, сможет нагнать! Эва уже не надеялась остановить его или образумить, просто хотела быть рядом, показать, что всецело на его стороне.
Вцепившись в поводья, она неслась по пустому тракту, не слыша ничего, кроме шума ветра в ушах, ничего вокруг не замечая, глядя только вперед. Представляла его взгляд, полный злости за то, что ослушалась. Его объятия, такие крепкие, что отчетливо почувствуешь биение сердца. Его аромат..
В тревоге само время стало для нее зыбким, казалось, что прошла вечность или пара минут, когда взору открылось селение, бывшее ее домом долгие восемь месяцев. Из отчетов Ливия она знала, что и сюда пришла черная хворь, но о людях, с которыми бок о бок прожила столько времени, Эвтида не думала. Самозабвенно неслась за ним, а остальное пусть сгинет в пламени — безразлично. Лишь бы успеть..