— Не могу без тебя.. — скулила сквозь слезы. — Не могу..
Внутри нее царила тьма, поглощая все до последней клетки, и она не представляла, как выбраться из этого кошмара.
Эва задыхалась от собственной агонии нескончаемо долго, пока сквозь затянувший поле туман не проступили горящие рубиновым огнем глаза. Они становились все отчетливее и ярче, приближались неумолимо, точно под руку с ее смертью. Искрящийся под кожей страх парализовал, но и без этого Эвтида не стала бы сопротивляться — теперь уже не за чем. Все вокруг будто замерло, пока крепкая ладонь не легла на ее плечо, настойчиво утягивая прочь. Она яростно вырывалась, не желая оставлять Амена, но ладонь тянула сильнее.
— Эва.. Эвтида!
Доносящийся до нее голос казался знакомым, был похож на бушующее яркое пламя, действовал на нее успокаивающе, и от этого было страшно. Эва почувствовала, как сильные руки подняли ее над землей и понесли куда-то. Она пыталась выпутаться, но безуспешно — сил просто не было. Все вокруг расплывалось и меркло, а она могла лишь цепляться за темноту, точно слепая и немощная. Чьи-то пальцы коснулись ее лица, и она инстинктивно потянулась навстречу им, будто знала эти касания прежде, будто только их и ждала.
Отступали и боль, и страх, замещенные согревающим изнутри ароматом, от которого заходилось сердце, который она так боялась никогда больше не ощутить.
Пространство медленно меняло цвет, приобретая совсем иные очертания. Слабое пламя свечей отражалось в почти прозрачных глазах, взирающих на нее с неподдельной тревогой. Эва дотронулась до пушистых белых ресниц, и они приятно щекотнули кончики пальцев. Ее руки опасливо касались широких скул, шеи, вновь возвращались к ресницам. Светлые брови нахмурились, но на губах заиграла мягкая улыбка.
— Вижу, ты мне рада, но что произошло с тобой? Ты так кричала, я до жути перепугался..
Изо всех сил прижимаясь к крепкой груди, она обнимала Амена, не в состоянии и слова сказать из-за непрекращающихся слез. Словно не веря, долго слушала стук его сердца, ровный и громкий, живой. Он живой, рядом с ней, а то был лишь сон.. предзнаменование.
Он бережно окутал ее сильными руками, гладил по волосам, губами касаясь макушки. Ни о чем больше не спрашивал, просто согревал своим теплом, позволяя ей выплеснуть все тревоги. Но Эва все никак не могла успокоиться, отчаянно боялась потерять его, ведь знала, что слушать ее предостережения он не станет.
С болью взглянув на него, такого сосредоточенного, нежного с ней, вновь отвела глаза. Только теперь поняла — они были уже не в ее спальне, а в его.
— Я перенес тебя сюда. Думал, кошмар, может. Не знал, что еще сделать.
— Не уходи.. — проскрежетала не своим голосом, цепляясь за его плечи. Хрипло повторяла сквозь скованное словно тисками горло снова и снова: — Останься со мной!
— Я с тобой, с тобой. — прошептал тревожно, сжимая ее в объятиях. — Хорошая моя, что же ты..
Не давая ему договорить, Эва припала к его губам горько-сладким поцелуем, торопливым и прерывистым от недостатка дыхания. Почувствовала знакомый вкус мяты, вина и собственных слез, обильно струящихся по лицу. Не прятала больше от него ни своей боли, ни отчаяния.. ни любви. Такой сильной и искренней, что, казалось, невозможной.
Амен почти не отвечал ей сперва, замер, боясь сделать что-то не так, боясь надломить этот хрупкий порыв, ранить ее или спугнуть. Но она все не останавливалась, а он просто не мог больше бездействовать.
Аккуратно уложив ладонь на ее затылок, лорд притянул ее ближе, запустив пальцы в шелковистые темные волосы, целовал глубже и медленнее, заставляя и ее замедлиться, перенять заданный им темп. Дыхание Эвтиды постепенно выровнялось, движения стали более осознанными, чувственными. Она наконец позволила себе поверить, что все взаправду — он действительно здесь, с ней рядом.
Обхватив лицо ладонями, переместилась с кровати прямо на его бедра, прижимаясь вплотную. Тело Амена отреагировало сразу же, хоть и запрещал себе думать сейчас о подобном. Но ее это не смутило вовсе, напротив — Эва медленно, почти незаметно двигалась на нем вверх и вниз, не прерывая жаркого поцелуя.