Прижав ее к постели собственным телом так, чтобы не могла двинуться, Амен коснулся влажным языком ее шеи. Слегка прикусил тонкую кожу и зализал тут же. Чувствовал, как под его лаской с каждой секундой слабеют ее попытки сопротивляться. Возмущенное шипение сменилось мягким дыханием всего через пару мгновений, напряженные плечи расслабились, нежные руки обвили шею. Довольный ее покорностью, он вкрадчиво замурчал прямо над ухом, задевая губами:
— Я намеревался предстать перед отцом Оры, передать ее тело как жест доброй воли и просить о проходе, но теперь знаю, что на мою сторону он не встанет. Я бы не пошел в бой в рубахе, понимаешь ведь?
Замерев, Эва внимательно слушала каждое его слово. И вправду, не подумала даже, отчего в ее сне он был без доспехов. Хорошо помнила пропитанную кровью белую ткань, что сжимала своими пальцами, точно наяву это было.
— Засада будет ждать нас на тракте, но благодаря тебе у меня другой план. — медленно покрывая поцелуями ее скулы, щеки и аккуратный маленький нос, холодно улыбнулся: — Спасла всех нас. Моя умница.
Оставив легкий поцелуй на ее губах, Амен опустился ниже, провел языком по ложбинке между груди. Поглаживая широко разведенные бедра, обхватил зубами уже напряженный сосок, оттянул, отчего она издала сладкий вздох, от которого по спине его побежали мурашки.
Опустив руку между ее бедер, сразу погрузился в теплую влагу, заставляя Эву с наслаждением выгнуться. Осторожно двигал пальцами, чтобы не сделать больно — толком не знал ведь, как после их первой близости она себя чувствует.
Вглядывался в ее тронутое румянцем лицо и понимал, сколь много она для него значит. Затмевает сознание, точно наваждение, играючи управляет волей. Хотел ее раззадорить, а сам так увлекся, что теперь нет сил остановиться, хоть это и необходимо.
Он бросил угрюмый взгляд на окно, заметил, что небо начинает светлеть. Времени совсем нет, но возможно разве от нее оторваться?
Уткнувшись лбом в хрупкое плечо, Амен замедлился и тяжело вздохнул. Эва ласково запустила пальцы в его гладкие, чуть растрепавшиеся волосы, вдохнула их аромат и спокойно прошептала:
— Я все понимаю. Иди.
Подняв на нее теплый взгляд, лорд мягко улыбнулся, потянулся за поцелуем, медленным и сладостным. Насилу оторвавшись от своей ведьмы, оделся и нежно коснулся ее руки на прощание. Чувствовал сейчас так явно — это еще не конец, а лишь начало их общей истории.
— Приготовься, если не передумала. Скоро приду за тобой.
***
Выглянув во двор, лорд окликнул Тизиана и велел подойти. Тот нехотя оторвался от сидящей на нем девицы, бедра которой не без удовольствия оглаживал сквозь легкое платье, прямо на скамье, вблизи прочих воинов, и быстрым шагом направился в замок.
— Найди Ёрана, скажи, чтобы пришел сюда. А после приведи мне жреца.
Охотник непонимающе уставился на него, пытаясь осмыслить просьбу. К молитвам Амен прибегал примерно раз в никогда, и что могло вдруг сподвигнуть его на подобное, отгадать не получалось. Он задумчиво почесал затылок под собранными в пучок волосами и удивленно переспросил:
— Жреца?
— Да, Тизиан. Жреца.
— Какого бога?
Шумно вздохнув, Амен опустил веки, сдерживая рвущиеся ругательства:
— Любого, и побыстрее. Нужно, чтоб успел обвенчать нас перед походом.
Что-то похожее на радостный писк вырвалось из горла Тизиана вперемешку со смехом, а хмельное сознание прояснилось в мгновение. Порывисто обняв своего лорда, он шустро скрылся за дверью, но тут же просунулся обратно, уточняя:
— С Эвтидой?
— Ты ждал, что с тобой?
Победно хохотнув, так, словно эта свадьба — его заслуга, он понесся прочь из замка, надеясь про себя все же найти сейчас хоть одного священнослужителя, трезвого достаточно, чтобы мог говорить.
***
Когда двери в зал отворились, Амен расслабленно сидел на троне, поигрывая остатками вина на дне кубка. Он указал рукой на кованый столик, расположенный у стены, так предлагая гостю налить и себе. Тот с улыбкой принял предложение и, наполнив бокал до краев, свободно плюхнулся в просторное кресло напротив. Вольготно вытянув ноги перед камином, он отхлебнул и спросил беззаботно:
— Как приготовления?
— Все по плану. — ответил спокойно. — Как рука?