— О чем ты? — хмурится непонимающе.
Он вновь выпрямляется, давит улыбку, от которой хочется выдрать себе глаза. В контрасте с торжествующим видом его голос звучит почти равнодушно:
— Я предложил ему выбор. Откажется — ты тотчас умрешь, зная наверняка, что ничего из себя не представляешь. Начнется война, и если Амен не падет в сражении, то рано или поздно будет разорван своими же. Согласится — и тебе не придется гореть в одиночестве.
Разворачиваясь спиной к ней, Сет просто возвращается на трибуну. Эва дрожит от желания выплеснуть на него ядовитый поток из угроз и проклятий, но все же сдерживается, только бы не доставить ему удовольствия. Его явно забавляет чужая ярость, он будто питается ей вместе с отчаянием и страхом, которые без особых усилий способен вызывать в окружающих.
Она не хочет казаться слабой, не хочет делать его сильнее. Глубоко дышит, чувствуя, как грудь упирается в путы. Липкий холодный пот проступает на теле, сердце бьется где-то в горле, неровно, глухо.
Слова Сета гниют в сознании, заражая кровь. «Откажется..». Что, если Амен и впрямь от нее откажется? Боги, только бы никогда не узнать..
Ветер играет с пламенем факелов, треплет волосы, кидает пыль в лицо, будто намеренно издевается. Пережатые запястья немеют, затылок печет, словно от недостатка воздуха. Боль в животе, руках и лодыжках растягивается по всему телу. Эва начинает скучать по затхлой сырой темнице, где можно было свернуться калачиком на твердом полу, пряча в полной темноте катящиеся из глаз слезы.
Колдун пьет вино из золотого кубка, вольготно раскинувшись в кресле по правую руку от короля. У нее во рту так сухо, что от этого вида хочется прокусить себе язык, только бы смочить горло собственной кровью.
Тонкий и быстрый колокольный звон заставляет всех дернуться. Сет вскакивает с места, перегнувшись через перила, раздраженно кричит стоящей внизу страже:
— В чем дело??
— Пожар, господин! Восточная башня в огне!
Он устремляется по внутренней стене к тому месту, где будет лучший обзор, и наконец замечает густой дым, поднимающийся к самому небу. Видит, как туда сбежались едва ли не все защитники цитадели, и начинает понимать..
— Уходите оттуда! — ревет что есть мочи, но уже слишком поздно.
Люди лорда движутся цепью вдоль стен, разрубая стражников одного за другим. Они как-то проникли внутрь и все прибывали, вызывая всеобщую панику. Амен ведет их, сражается словно зверь, чертов демон из преисподней.
— Хорош, не зря хвалят.. — цедит сквозь зубы, неотрывно наблюдая за ним.
Они блокируют большую часть солдат в восточной части, заваливая проход, а после.. Все вспыхивает в одно мгновение. Люди истошно орут от боли и ужаса, мечутся из стороны в сторону, распространяя огонь, спрыгивают со стен, ломая шеи в поисках спасения, которого нет.
Воины, оставшиеся за пределами огненной ловушки, разбегаются, куда глаза глядят, когда Реммао и других придворных колдунов уже след простыл. Королевские советники путаются в роскошных длинных мантиях, шлепаясь на пухлые животы, наступают друг на друга, визгливые, словно свиньи. Все спасаются, позабыв гордость и статус, и Сет, стиснув кулаки, мысленно обещает однажды каждого, кто не подохнет сам, вознаградить за предательство.
Амен вскидывает голову, встречаясь с ним взглядом. Смотрит так, словно загнал кабана во время охоты и теперь ждет, кто из них кинется первым. Губы Сета плывут в улыбке, отвратительно торжествующей, злой. Он говорит тихо, но ветер услужливо доносит каждое слово:
— Нравится огонь, лорд? Так посмотри, как она сгорит.
Сверкнув рубиновыми глазами, колдун скрывается из виду. Наплевав на все, Амен несется за ним, небрежно расталкивая мечом встречных солдат. Слепо ищет путь наверх, натыкаясь на тупик снова и снова. Наконец видит лестницу, насколько возможно быстро взбирается по ней, перескакивая через ступени.
— Эва! — зовет в отчаянии и приходит в ужас, когда в ответ доносится ее срывающийся голос.
***
Эва скользит ступнями по поленьям, настойчиво ведет плечами, будто у нее есть шанс вырваться, скинуть веревки. Страх делает дыхание рваным, а что-то отдаленно напоминающее надежду терзает душу, безмолвно повторяя «Он здесь. Он пришел за тобой.»
Она странно улыбается, почти смеется, слыша лязг оружия и дикие крики, глухой стук обрушивающихся камней и рев пламени. Слезы струятся по лицу, и от этого ей делается легче.