Он смотрит с холодной полуулыбкой, сощурив глаза, тянет бархатным голосом:
— Надо же.. Не знал, что ведьмы падки на человечину.
Она перестает дышать, кожу покрывает испарина. Он шутит ведь? Все это его мерзкая больная шутка..
— Этот дым.. Это.. казнь?
— А ты думала, я пир устроил?
Тело скручивается изнутри, пытается освободить пустой желудок от этих чудовищных помыслов. Ее рвет водой, крупные слезы градом катятся по щекам. Лорд просто стоит напротив, не двигаясь. Странная неуместная мысль — ей стыдно, что он видит ее такой.
Она прокашливается, когда отпускают позывы, и просто смотрит в пол. Горло жжет, но не так сильно, как жжет душу. Амен подходит к ней ближе, заглядывает в лицо. Не подумав о том, что делает, рукавом белой рубахи вытирает ее губы. Эва поднимает покрасневшие глаза. Замечает, что он смотрит на нее теперь по-иному, будто спокойнее.
Он тянется к связке ключей, медленно откидывает их по одному, пока не находит тот самый, отпирает ее кандалы. Ноги отказываются держать тело, подкашиваются, и Амен хватает ее за талию, не позволяя рухнуть на пол.
— Идти можешь? — спрашивает, прижимая ее к себе.
Она пытается встать, но ноги все так же не слушаются.
Он поднимает ее на руки и пинком открывает дверь. Несколько шагов по коридору, и перед ними еще одна дверь — такая же, как в ее темнице. Амен заносит ее внутрь и укладывает на непокрытую солому, что заменяет матрас. Эва бегло обводит взглядом комнату — та же камера, только с маленьким окошком. Здесь непривычно светло, и запах дыма сильнее.
— Отдохни. Скоро принесут еду. — видя, как она сжимается от этих слов, уточняет спокойно: — Овощи.
Убедившись, что ее не одолевает новый приступ тошноты, он решает уйти.
— Ты помнишь их? — слабый голос, направленный в стену.
Амен останавливается, оборачивается к ней, с явным интересом ожидая продолжения:
— Кого?
— Тех, кого убиваешь.
Он задумывается. Молчит так долго, что совсем ослабевшая Эва успевает забыть о вопросе и почти засыпает.
— Тебя я запомню.
Она слышит. Она тоже запомнит.
арт к главе - t.me/purple_inferno/83
Приоритеты
Амен открыл глаза посреди ночи, безэмоционально уставившись в потолок. Он не спал нормально с самого начала войны. На самом деле намного дольше, а может, и вообще никогда — он уже и не помнил.
Он устал. Чертовски устал, но все равно чутко реагировал на проклятый шум, доносящийся из открытого окна его покоев. Вставать не спешил, надеясь, что не случилось ничего, что требовало бы его вмешательства.
Все тело его изнутри вздрагивало, стоило опустить голову на подушки, умоляло об отдыхе. Он бы с радостью проспал целую неделю или хотя бы одну гребаную ночь без сновидений и решения каких-либо важных вопросов. Полежал бы в исходившей паром глубокой ванне до тех пор, пока кожа на пальцах не сморщится. Разделил бы постель с женщиной или с двумя сразу, ощущая приятную легкость в теле после. Образ, возникший вдруг в его мыслях, вызвал у лорда неподдельное удивление. Настолько вымотался, что всякая ересь в голову лезет.
Нервно потерев осунувшееся лицо, он сел на кровати, напоминая себе о том, для чего все это затеял. Он все вытерпит, и сил ему на все хватит.
Судя по звукам, суета с улицы переместилась теперь внутрь замка. Не надеясь уже, что без него обойдется, Амен поднялся на ноги, быстро оделся и вышел за дверь, по привычке прихватив меч.
Быстро определив, откуда доносятся голоса, он направился в лекарскую. Наверняка кто-нибудь во время ночного патрулирования оступился. Судя по шуму можно было предположить, что растяпа жив остался и даже не безнадежен, иначе с ним не носились бы так — уже неплохо.
К тому, что увидит он, открыв двери, Амен не был готов.
— Тизиан??
В нос сразу ударил густой сладковатый запах разложения. Его подручный лежал на столе в распоротых до бедра штанах. Над коленом виднелась рана, судя по всему, от стрелы, только выглядела она так, будто гниет дней пять, не меньше, в то время как Тизиан отсутствовал неполных три дня и регулярно посылал отчеты, не упоминая о нападении. Со лба его стекали крупные капли пота, лицо искажалось от сдерживаемой боли.