Сейчас Поль снова повторит, что, если показать Ноэлю, что она привязывается, – это отпугнёт его.
«Если я верно тебя понял, он из тех, кого лучше не связывать обязательствами, – тактично написал Поль. Алиса грустно усмехнулась; бинго-попадание. – Такие невесомые люди – сама видишь, порхают себе да порхают. Их отталкивает всё тяжёлое. А мне такие, кстати, не особо интересны. «Тяжёлые», глубокие, с загонами, чтобы можно было всласть покопаться в них – другое дело».
«Вроде меня?» – уточнила Алиса.
«Хотя бы».
«Понимаю. Но сейчас мне начинает казаться, что мне не очень-то подходят такие, как я. Может, как раз поэтому мы с Луиджи так измучились – ранили друг друга этой тяжестью. – (Она опять вдохнула душистое облако аромата, окутывающего клумбу. К пчеле, кружащей над розами, присоединилась товарка, и теперь они гудели в унисон). – Так или иначе, Ноэль правда очень лёгкий. Прямо весь такой… Ветер-ветерок. И я совсем не собираюсь связывать его какой-то ответственностью. Но просто…»
Алиса осеклась. Просто – что? Просто она ждёт, что ветер будет теплеть, когда ей захочется?
Мимо прошла компания подростков-японцев, болтающих на своём странном певучем языке. В воздухе над ними висел маленький круглый дрон – и жужжал громче всех пчёл в саду; парнишка в очках нёс пульт и сосредоточенно наблюдал за своим сокровищем, направляя его то выше, то ниже, то немного в сторону. Алиса вздохнула. В своём городе она видела дрон только однажды. А здесь это – такая же часть городской повседневности, как «чиллить», «рейвить», голубые дреды и гель для волос.
Не её мир. Кому в этом мире придёт в голову переводить либретто «Отелло» Верди – или покрываться мурашками над каждой строчкой стихов Леопарди?
«Мне кажется, твой Ноэль может стать и более цельным, если найдёт, на чём сфокусироваться в жизни. Если его что-то затянет всерьёз. Я встречал таких людей, и иногда они менялись на моих глазах, – написал Поль, будто утешая её. – Но не факт, что на это повлияешь именно ты. Ему надо повзрослеть».
«Не факт, – согласилась Алиса. – Но всё равно я уже сильно скучаю. Стараюсь не загоняться, но иногда мне кажется, что он избегает меня».
Солнце спускалось всё ниже, его уже очертил кровавый ободок – симптом агонии, последние вздохи дня. Тени от ив вытягивались, обрамляя пруд сумрачным ореолом. Алиса двинулась по другой дорожке – в сторону дворца; отсюда он казался плоским и хрупким, как бумажная аппликация или оригами. Белоснежный бумажный журавлик с ногами-колоннами; уходящее прошлое. Даже японцы уже не складывают оригами, а управляют дронами.
«Не думаю, что прям избегает. Ну, максимум, подзабил, – размышлял Поль. Алиса заметила, что телефон почти разрядился, – и запоздало поняла, что уже точно не успеет вернуться в отель до темноты – даже если воспользуется метро. И хорошо. Не нужно искать оправданий, чтобы пройтись по ночному Гранд-Вавилону. – Когда вы в последний раз виделись?»
Когда речь заходит об отношениях, Поль часто ведёт себя так – словно опытный врач-диагност, готовый выяснить, каков тип травмы и где гнездится опухоль. Алисе почему-то было стыдно отвечать.
«С той субботы – ни разу».
«Хм, ну, сегодня среда. Не критично».
«Не критично, но уже две встречи вот так сорвались – по его легкомыслию. В воскресенье мы тоже хотели увидеться, и я тоже не спала, всё ждала, когда он напишет… А он так и не написал. И даже онлайн не появился. Сказал потом, что уронил телефон в воду, и теперь он сильно глючит», – пожаловалась Алиса.
«…Ты, если что, не переживай, я не опасный парень. Могу быть опасен только себе». Ноэль явно собирает бытовые неприятности с тем же упорством, что и Поль. На следующий день Алиса, не вытерпев, спросила – якобы между прочим, – как у него дела с телефоном и будет ли он покупать новый. «Может, возьму в рассрочку, может, привыкну так. Он работает, но глючит жутко, – ответил Ноэль. – Не знаю пока».
Сердце Алисы замирало от жалости: она по собственному опыту знала, каково это – жить с плохо работающим телефоном или ноутбуком. Но о том, при каких обстоятельствах это могло случиться, лучше не задумываться.
Как и о том, в каком состоянии Ноэль был в тот момент. Как же можно умудриться уронить телефон в реку или канал? Впрочем, это вряд ли представляет особую сложность для человека, который трижды забывал где-то пиджак по пути от работы до дома.
«Телефон в воду? Извини, но звучит как отмазка, – написал Поль. Алиса представила, как он настороженно хмурится, затягиваясь сигаретой. – Я так врал одному чересчур настойчивому программисту, чтобы отвязаться от него… Так, стоп, или это был айтишник? В общем, какому-то доставучему типу, связанному с компьютерами».