Работать было не нужно, писать – не хотелось, гулять мешал дождь; Алиса ухватилась за соломинку – и включила один из фильмов, которые они обсуждали с Ноэлем. Он очень советовал его; они, кажется, даже посмотрели трейлер – до того, как выбрали «Мальчишник по-ирландски».
Когда Алиса вспоминала ту ночь, всё в ней сжималось от сладкой благодарной ностальгии – будто это прошло и закончилось уже несколько лет назад.
Фильм оказался весьма недурным – хотя и не в её вкусе. Благородный человек, попавший в тюрьму, и сложный путь его выживания; прохладно-суровая, чуть нравоучительная история о Настоящем Мужчине – и о том, как он вопреки ударам судьбы хранит верность своим принципам. Обычно Алисе не нравились такие образы в книгах или кино: написать абсолютно положительного героя – это вечная эстетическая проблема, и добро в искусстве почему-то всегда получается более блёклым и безликим, чем зло. Но здесь это удалось сделать довольно убедительно – и даже трогательно. В финале, когда герой читал письмо сына за решёткой, она почувствовала, что близка к слезам.
Но, конечно, этот просмотр был, прежде всего, поводом написать Ноэлю. Лучше уж она напишет ему что-нибудь содержательное, чем будет донимать нудным «а когда мы увидимся?», ведь так?..
«Посмотрела я всё-таки твой «Выстрел в пустоту». Впечатлена, хоть это и не совсем то, что я люблю, – напечатала Алиса, слушая монотонный стук дождя по окну. Её сердце колотилось куда чаще этого стука. – Вся эта криминальная брутальность, благородные преступники… Что-то в духе «Крёстного отца». Но красиво. И герой правда молодец. Многие моменты пробирают».
Отправить. Опять слишком длинно – а Ноэль, как многие мужчины, явно не любит длинные сообщения. Но ничего. Зато он увидит, что она серьёзно подошла к делу – и что повод для сообщения действительно был.
Хотя – кого она обманывает? Ноэль не идиот. Конечно, он поймёт, что и зачем она делает. Не может не понять.
Вздохнув, Алиса пролистала его фотографии – ещё одна слабость, которую она себе разрешила после внутренней борьбы (впрочем, не очень-то долгой). Ноэль на лазурном фоне Ри – в той самой кепке, ребячливо повёрнутой козырьком назад; в пририсованных чёрных очках; у белого барельефа – тонкого профиля девушки, к губам которой он тянется, будто в поцелуе… В этом фото было что-то болезненно нежное – хотя Алиса почти ревновала к мраморной (или гипсовой?) девушке. Всё же как глубоко и полно он чувствует красоту; может быть, именно чувствует – с минимумом анализа и рационального осмысления. Потому, наверное, и переехал в Гранд-Вавилон – не смог устоять перед ним.
Фото с другом в клубе, в лиловом неоновом свете – здесь он тоже не по-человечьи красивый, но ещё без бородки – и не такой нездорово худой, как сейчас; на набережной – сидя, с задумчивым взглядом вдаль, ветер ерошит тёмные, уложенные гелем прядки; с сигаретой, на фоне стены с граффити… И – с девушкой. Уже вполне живой, не барельефной; видимо, это единственное выставленное напоказ фото с той самой «запоздалой первой любовью». А может, и нет. Ноэль снят со спины – так, что виден только затылок; она одной рукой обнимает его, а другой делает селфи. Улыбается. Ямочки на щеках, пушистый ореол каштановых волос. Очки.
Ноэль сказал, что ей не идут очки – что они слишком большие. Алиса грустно посмотрела в зеркало. Она ни капли не похожа на ту девушку.
А с другой стороны – пусть он и поймёт, что фильм возник не зря; что с того?.. Может, хоть это натолкнёт его на мысль, что им давно пора увидеться. Если бы они жили в разных концах Гранд-Вавилона, это ленивое молчание ещё можно было бы понять; но между ними – пятнадцать минут пути. Просто смешно делать из этого затруднение. Неужели ему не найти на неё и часа?
Неужели он настолько не хочет искать?
Алиса нареза́ла уже четвёртый или пятый взбудораженный круг по номеру, когда Ноэль ответил:
«Ну, супер. Рад, что не зря обсуждали».
Как всегда, воплощение лаконизма. Но – хотя бы ответил, и почти сразу; Алисе стало легче дышать. Она присела на кровать – и запоздало поняла, что улыбается. Сам факт существования этих нескольких слов, непритязательных чёрных муравьишек на белом фоне – слов от него, – обдавал её приятным теплом. И всё то же смешное, ребячливо-милое «супер»…
«Да, спасибо за совет. Дождь и воскресное ничегонеделанье мне помогли».
Мягкая ненавязчивая шутка; пойдёт. Вот только Ноэль обычно не отвечает на такое в переписке – не развивает диалог ради диалога. Особенно когда он не в настроении; а все последние дни это, видимо, так.
Прочитано; без ответа. Разумеется. Алиса досадливо прикусила губу.