«Как у тебя дела?»
«Да так себе, – неохотно ответил Ноэль. Она представила, как он смотрел бы на неё в этот момент – стеклянным, замороженным взглядом. С лицом отрешённым и непроницаемым, как зеркальная гладь пруда. – Денег нет, настроения нет. Наверное, буду увольняться после отпуска».
Он уже говорил об этих планах во время их прогулки – но, наверное, тоже забыл. Алиса вздохнула, вспоминая, как увольнялась из языкового центра, где преподавала английский непробиваемо глупым школьникам с деревянными выражениями лиц, как меняла переводческие агентства и уходила из копирайтинга… Да уж, такому периоду в жизни не позавидуешь.
Но – после отпуска; не значит ли это, что отпуск у него скоро?
«Мне жаль. Но, с другой стороны – может, и получше что-то найдёшь, с зарплатой побольше», – написала она, надеясь, что это будет выглядеть попыткой поддержать, а не отвязаться.
«Так и будет», – убеждённо ответил Ноэль.
«Надеюсь. Желаю тебе этого».
«Сяп».
Алиса расцвела улыбкой; умиление озарило её, как застенчивые лучи солнца, пробившиеся из-за туч, – часть комнаты. Дождь стихал – и с ним хором стихала её хандра; хотелось распахнуть окно и дышать юной, пульсирующей свежестью.
«Это «спасибо»?»
«Ага».
Она отправила смайлик – стеснялась признаваться, что очарована его детскими словечками. Может, как-нибудь в другой раз.
Ещё одно сообщение; что это, неужели диалог не окончен?.. Фото новеньких сине-белых кроссовок в коробке – и подпись:
«Вот забрал сегодня кроссы, заказывал».
Он решил рассказать хоть что-то о себе – решил сам; он не хочет поскорее отделаться от неё!.. Вспыхнув, Алиса вскочила; её тянуло смеяться и танцевать.
«Красивые», – написала она – хоть и слегка затруднялась оценить эстетические качества кроссовок.
Ноэль обронил прохладное «спасибо» – и добавил, что ждёт ещё летние сандалии. «Женские, правда, но прикольные. Не было моего размера».
Что ж, с тем, что в его гардеробе есть женские вещи, она уже смирилась и сжилась. Это неважно; он удивительно щедр сегодня. Кого благодарить за такой подарок? И почему любой, даже самый простой и сухой разговор с ним творит такие чудеса – будит в ней всех фей и всех демонов?
Тихо смеясь – и чувствуя себя самой счастливой дурой на свете – Алиса прижала к груди телефон. Они уже попрощались – но ей хотелось сиять ещё сильнее, на грани выносимого; хотелось искрить, ронять искры – и опалить ими Гранд-Вавилон. Новые силы бурлили в ней, новые силы влекли на улицу – бродить по городу, омытому дождём. Хмыкнув, Алиса подумала, что неплохо бы устроить себе какой-нибудь культурный досуг, раз у неё выходной. Например, она ещё не была в музее ювелирного искусства; почему бы и не посмотреть на колье и диадемы девятнадцатого века, яйца Фаберже и павлинов из цветного стекла?.. Ей всегда нравилось разглядывать мелкие детали.
В музей – а потом петь, гулять, писать, слушать музыку, фотографировать, захватывать страны и покорять горы; мало ли что!.. По пути можно будет купить кофе – и Твикс с солёной карамелью, тот самый; сочетание соли и сладости так идёт Ноэлю… Пир тела и души. Пританцовывая, Алиса стянула волосы в хвост, наспех переоделась – и кометой вылетела из номера.
***
“Una donna moderna sceglie i colori brillanti e vivaci per esprimere la sua natura”.
“A modern woman chooses bright and vivid colors to express her nature”.
«Чтобы выразить свою натуру, современная женщина выбирает…»
Сверкающие и яркие цвета? Нет уж, нелепица. «Сверкающие» – это какие? Присыпанные блёстками?.. Яркие и живые? Живые и сочные?
Сладкие стоны за стеной возобновились: парочка в соседнем номере бурно предаётся любви. Снова. Это уже третий раз за вечер – или четвёртый?.. Алиса вздохнула, подключила к ноутбуку наушники и сняла с паузы скрипичный концерт Паганини. Несмотря на стыд и отвращение к себе, она не могла не признать, что эта непрошеная порнография в аудио-режиме весь вечер мешает ей работать. Сконцентрироваться на переводе под стоны никак не получалось; и, судя по всему, проблема была не столько в их громкости, сколько в её собственном перевозбуждении, которое в последние дни почти превратилось в норму. Зачем отрицать очевидное.
Животное. Ты просто животное.
Алиса устало потёрла лоб костяшкой пальца. Сегодня она весь день провела на лекции, а потом на двух коротких интервью итальянского модельера, чьи последние коллекции были триумфально показаны и распроданы в Гранд-Вавилоне. Модельер белозубо улыбался, поправлял сиреневый шарфик и источал ауру успеха и благополучия. Слушая его, Алиса даже повеселела и отвлеклась от мыслей о Ноэле – хоть и всегда была далека от мира моды.