Но тут ей, видимо, попался нестандартный случай. Профиль Badoo рекламировал юного красавца с точёными чертами лица, в стильных костюмах и рубашках, с выверенно-солидными жестами и позами – много качественных, постановочно-«инстаграмных» фото. Но рядом с ней – щуплый, очень низкорослый (едва-едва выше неё – в анкете он явно оптимистично прибавил себе шесть-семь сантиметров роста), невзрачный паренёк; почти подросток на вид. Сильно сутулится, близоруко щурится – похоже, сказывается жизнь в вечном симбиозе с компьютером. Громко шаркает ногами, идёт, засунув руки в карманы, – и по-прежнему, со странным упорством, не смотрит на неё.
Может, она настолько сильно не понравилась ему? Если есть стереотип о любви с первого взгляда – есть ли такой же об отвращении?..
– А тебе нравится Италия? – спросила Алиса, хватаясь за первую попавшуюся тему.
– Да, конечно, – лаконично ответил Майкл. – Красивая страна.
– Мне тоже. Я особенно очарована Венецией. Она немного напоминает Гранд-Вавилон, но тут – такой полный жизни мегаполис, а там… Больше похоже на сказочный мир, где застыло время.
– Пожалуй, – проскрипел Майкл.
Так, судя по всему, поэзией его не проймёшь. Зайдём с другой стороны.
– А какая страна тебе больше всего нравится?
– Думаю, Германия. Там чисто, и много перспектив с моей работой.
– Я там не была. Но хотелось бы – тоже наслышана о чистоте и общей… цивилизованности населения, что ли. Один мой знакомый всегда говорит, что, если бы у всех был такой же уровень ответственности и дисциплины, как у немцев, наш мир был бы идеальным.
Ну, поспорь же со мной – ведь ты наверняка не согласен, – мысленно взмолилась Алиса. Или согласись. Но Майкл только хмыкнул и осведомился:
– А почему ты так тихо говоришь?
– Извини, – машинально сказала Алиса – и тут же прикусила язык. Такого, как он, наверняка только оттолкнут её вечные извинения. – Это моя нормальная громкость. Могу погромче.
– Да нет, ничего, я просто уточнил.
– А где ты ещё был?
– В Америке, Франции, Австрии, Турции, Греции, Испании, на Кипре… – монотонно перечислил Майкл – так, будто объездить все эти страны в двадцать три года было чем-то вполне естественным.
– Ого, – пробормотала Алиса. – Внушительный список. По работе столько путешествуешь?
– Ага. А ты разве мало путешествуешь? Ты же вроде говорила, что переводчик.
Что ж, он хотя бы запомнил её профессию. И сам задал вопрос. Уже неплохо.
– Да, но я в основном занимаюсь письменными переводами, на заказ… И наукой. Езжу не так уж часто, – мягко сказала она. – Но хотелось бы чаще, конечно. Чем старше становлюсь, тем больше плюсов вижу в путешествиях – это всегда как будто какое-то обновление, какая-то новая страница… Здесь мне, например, очень нравится.
– А что именно ты переводишь?
Алиса вкратце описала проект “Terra Incognita”. Они вышли на набережную Ри – и остановились у перил, чтобы пропустить колонну марширующих курсантов из военно-морской академии на побережье. Алиса смотрела на виднеющийся вдали Мост Ангелов, вдыхала влажный, треплющий волосы ветер – и по нахмуренным бровям Майкла понимала, что проект, посвящённый культурной интеграции, он почему-то не одобряет.
– А зачем это? Ну, то есть, какая во всём этом практическая значимость? – спросил он, когда Алиса закончила.
– Чисто практическая – обмен опытом и подписание договоров о сотрудничестве. Между музеями, театрами, магазинами, студиями… Но в основном, я бы сказала, значимость эстетически-моральная. – (Алиса нерешительно улыбнулась). – Людям важно чувствовать себя в едином культурном пространстве. Чувствовать, что культура их страны что-то значит, как-то по-особенному звучит в общем диалоге… Знаешь, как инструмент в оркестре.
– Понятно, – равнодушно ответил Майкл.
– Тебе это не кажется важным?
– Не знаю. Просто из всего, что ты говоришь, я так и не понял, зачем нужен этот проект.
До чего странный у него стиль общения – рубленые, какие-то роботские фразы. У Алисы создалось стойкое ощущение, что, пока они гуляют и разговаривают, в голове у Майкла складывается чёткий программистский алгоритм – математически схематичный, не учитывающий ни реальную ситуацию, ни гибкие, изменчивые эмоции собеседника. Может, этим отличаются все айтишники и программисты – пониженным уровнем эмпатии?
Пункт 1: «Девушка нравится внешне?» – «Если да, продолжить разговор». «Если нет, попрощаться».