Форн воспитывали в суровых условиях: тренировки, исследования ее уникальной структуры, этика и нормы, в которые разные учителя часто подмешивали идеологию своей страны. Для того времени, она была вполне счастлива, но одинока, ведь Избранники, ведущие бой на два фронта: война с Кошмарами и врагами, спали совсем мало и не могли надолго оставаться в измерении. Когда она от скуки нашла меня, мы много говорили об этом. Возможно, потому, что я был в облике ребенка, она любила играть со мной, делать всякие глупости. Никогда не жаловалась на судьбу и воодушевленно искала свое предназначение. Однажды, как и вам, я рассказал ей о начале времен. Но вновь не предвидел последствий…
Форн дословно пересказала мою историю остальным. Она также рассказала о своих встречах со мной и Смогом, который к тому времени решил подружиться с нами. В поддержку Форн встал тот самый Избранник, который нашел ее на Земле. Однако, это не помогло. Страшась, на честность и радость, Совет ответил казнью. Я не мог этого допустить и помчался на выручку, а вместе со мной отправился Смог. Он предложил заручиться поддержкой Кошмаров, которые за тысячелетия стали осознавать себя и даже контролировать. На удивление, монстры Грез действительно оказались рассудительны, словно проклятие исчезло и вернулся тот прежний народ…
Как вы уже знаете, это обернулось катастрофой. Форн знала, что мы идем ее освобождать, поэтому она отворила врата, дав возможность Кошмарам проникнуть в башню. Зайдя в Отдел, все что меня беспокоило – благополучие Форн, поэтому я оставил Кошмаров, чтобы они заняли людей. Странно, что к Кошмарам присоединились другие люди. Может, они в душе давно вынашивали ненависть друг к другу? В тот момент меня охватил гнев и страх, волнение за жизнь подруги. Я игнорировал крики, не замечал кровь… Просто шел к ней и ее названному отцу, до последнего защищающему ребенка.
И вмиг все закончилось. Острое лезвие пронзило обоих. Форн, даже после смерти мило улыбалась, словно счастье ей придавало одно лишь осознание миссии Избранников. Я стоял, скованный ужасом и очнулся только после того, как это же оружие уже проткнуло меня. Я сразу побежал к телам, пытаясь вернуть их к жизни. Но не в моей власти было поймать ушедшую душу… И я сдался. Решил, что любая помощь оборачивается крахом. Поэтому, я просто превратил тела в свет, отправив их в глубины космоса.
После, я узнал, что мятеж был подавлен, а Кошмары вернулись обратно. Смог, каким-то образом наладил отношения с Отделом и добился свободы передвижения, что подарило нам возможность путешествовать. Не знаю, почему, но Смог больше остальных освободился от потребности в поглощении жизни, поэтому, он стал для меня надеждой, что однажды Кошмары очистятся. Мы долго блуждали… А потом я решил ненадолго уединиться. Оставив мир, я ушел в бездну, где старательно пытался отпустить прошлое, но… Вместо этого, кажется, решил его полностью стереть. – закончив свой рассказ, Клавис благодарно улыбнулся. Ему было приятно и легко. Он знал, что его боль никто из присутствующих никогда не сможет понять, также, как и он их.
История, которую возможно переписать и подделать обречена измениться, если у нее не будет свидетеля. Но, если найдутся слушатели, готовые склонять слух к истине, пережитком прошлого останутся уже белые пятна на карте.
Гость с краю
Справедливость невозможно определить человеку. Как и правильность, она иллюзорна. Существует только выбор и его последствия.
Жертвы, дарования, миры – все звучало запутанно и надуманно. Сури, почти заучивший в архивах всю историю Отдела, пытался сформировать в голове правильную хронологию и найти несоответствия. Однако, любой сомнительный момент никак не опровергался записями, а просто не существовал.
- Не подумала бы, что я родилась для того, чтобы меня сожрали. – раздраженно жаловалась Мун. – Что еще хуже, это означает, что моя душа такая же как у одной из этих мерзких тварей?!
- Звучит не так уж невозможно… - задумался Геут. - Вы помните свой первый день в мире Грез? Когда я попал сюда, рядом находился Фультер. Увидев меня, он быстро забыл про остальных и попытался утянуть в свое зазеркальное логово. Хорошо, что меня спасли, иначе великая история Нисы в тот же день закончилась бы.
- На тебя тоже напали в первый день? – удивился Сури, поглядывая на Мун, которая, как и ее товарищи, находилась в глубоком осмыслении. – Я попал в комнату, где все время мерцали яркие красные лампы. Но пугали вовсе не свет или их поведение, а Кошмар, прячущийся за ними. Когда я посмотрел ему в глаза, испытал такой ужас, который не сравним даже со страхом смерти. Меня успели спасти в последний момент…