- Мне казалось у тебя больше решимости. Не зря вы меня пригласили. – София брезгливо посмотрела на Укрея, после чего горделиво подняв голову, захлопнула крышку часов. – Благодаря мне ситуация не приняла худший оборот.
Резко поднявшись, Укрей, не сдержав злости и обиды, ударил ладонью по щеке Хор. Получив оскорбительную пощечину от дрожащего Советника, София, как зверь, оскалив зубы, была готова добить мужчину. Схватив обидчика за рубашку, женщина попыталась ударить Укрея о пол, но оппонент уцепился за рукава противницы и повис на ней.
- Зачем ты это сделала?! В тот момент еще не было мертвых! Он замер! Он бы просто ушел обратно! – возможно из-за шока или всплеска эмоций, Укрей продолжал лихорадочно расшатывать Хор, все крепче впиваясь в ее руки.
- Я сделала то, на что у тебя не хватило воли! Договор с этим демоном заключали не мы. Выходка этого Иллинта перешла грань позволительного! Я сделала все, чтобы если не убить, то хотя бы поймать его!
- И это оказалось бесполезно! Что принесла твоя гениальная идея? Потери среди людей и, о чудо, исчезновение Кошмара?!
- Какой пример вы показываете остальным? - ссору Избранников вновь остановила Эйдж, привлеченная криками коллег. Молодая женщина хмуро посмотрела на драчунов, привлекая их внимание к окружающей обстановке. – Укрей, сейчас не время ставить под сомнение действие члена Совета. Если не нам, то кому они могут довериться?
- Предлагаешь замять это дело? – возмущенно спросил Укрей.
- Предлагаю перенести распри на тот момент, когда лежащих здесь не останется. – Эйдж и сама не была готова оправдывать Хор, которая всегда действовала грубо и эгоистично. Однако, больше, чем разочарование в Софии, женщина испытывала боль от предательства юного подопечного. Поэтому ее серьезное и немного сердитое лицо невольно заставляли беспрекословно слушаться Советницу.
Многие свидетели перешептывались о Мун, которую видели вначале со странным человеком, а после сидящей в радиорубке, куда нацеливался Чтец душ. Одни уже стали открыто обвинять подростка в измене, другие, наслушавшись слухов, и вовсе требовали строжайшего приговора нарушительнице. На удивление, Геута и Уайта, которые удачно скрылись из поля зрения окон комнаты, никто не заметил. Однако, Эйдж, зная о давних проникновениях Нисы и Хатсон в опасные уголки Отдела, подозревала, что без помощи Прыгуна не обошлось.
Укрей, стараясь сохранить самообладание, встал в привычную вытянутую позу и, бросив на Хор полный презрения взгляд, отправился помогать рабочим. Раздраженно хмыкнув в ответ, София, потирая покрасневшее место ушиба, продолжила свой обход с Эйдж, подбадривая уставших врачей.
На очередном пункте к Советницам, крадучись подошел Уайт, крепко сжимая в руках, словно в объятиях, бумажный сверток. Оглядываясь по сторонам, маленький голубоволосый человечек движением головы подозвал женщин к себе, отпугивая круглыми дронами любого нежеланного собеседника.
- Еще один Иллинт? Как вовремя. – саркастично проговорила София, поверхностно рассматривая существо.
- Это наше доверенное лицо. – заступилась за Уайта Эйдж, взглядом ругая мальчика за его неуместную расторопность. – Надеюсь, ты отвлек нас не затем, чтобы показать кадры происшествия на первой полосе информационного стенда.
- Конечно нет. – немного обиженно ответил Уайт, разворачивая газету. – Дело в Нагаре, учувствовавшем в трансформации Чтеца душ. Его тело… Бесследно исчезло. – Уайт огорченно опустил голову, чуть не задев более длинным рогом колено Эйдж. – Я знаю, что это и моя вина: дроны не смогли поймать даже тень того, кто и каким способом забрал тело. Но, это также означает, что вором может оказаться тот, за кем мне попросту запрещено следить…
- Понятно. – неожиданно грубо и резко прервала Хор. – Хочешь сказать, что это либо Советник, либо та белокурая девчушка?
- В этом и дело. Все куда запутаннее. – Уайт, передал собеседницам смятый неровный лист.
Венельт, как только коснулась бумаги, сразу поняла, почему человечек так беспокойно скрывал его от остальных. В руках Советницы висел похожий на бумажную куклу поверженный Кошмар – Орди, на теле которого было очевидное послание: «Как много вреда могут принести страхи в неправильных руках, согласны? Поэтому, я великодушно приму все тяготы работы за вас и избавлюсь от останков. В знак благодарности можете мне ничего не оставлять. Я просто возьму то, что нужно, самостоятельно. Все же эта ночная прогулка была приятна.»