По дороге в школу Мун встретил пернатый знакомый. На этот раз, чувствуя угнетенное состояние девушки, Тоша решил просто следовать рядом с Хатсон, прыгая как белка по веткам. Но, как только показалось здание школы, ворон, вспомнив страшную вахтершу, испуганно улетел. Мун и сама не испытывала желания появляться в учреждении. Больше всего ее беспокоил директор, который мог оказаться не только свидетелем, а пострадавшим ужасной ночи. Войдя в школу, Хатсон хотела убедиться, что с Норсоном Верли все в порядке, но ее затащили в класс прежде, чем удалось выяснить состояние директора.
- Выглядишь как сбитый ирбис. – сказала Алис, сравнивая Мун с хищным котом из-за ее белых, как шерсть животного, волос. – Что-то случилось? Только скажи кто посмел тебя обидеть! Обещаю придумать самую ледяную месть, до которой только дойдет моя фантазия.
- Спасибо, но это я провинилась. – угрюмо сказала Хатсон, пытаясь откопать из рюкзака свой учебник.
- Вот как… Ну ты даешь, надо внимательнее относиться к другим. В любом случае, нужно исправить ошибку. Я верю, что ты обидела человека только из-за недопонимания. – Алис крепко обняла одноклассницу. Это был ее верный и используемый на всех метод реабилитации душевных травм. – Ой, а вот если ты кого-то побила, то нужно рассказать об этом полиции. Знаю, что ты бы не стала кого-то избивать без причины! Но, если гложет чувство вины, нужно разделить ее с кем-то.
Словно ожидая от Мун откровения, черноволосая девушка навалилась на парту. Но, прежде чем Мун успела сказать подруге хоть одно слово, в класс зашла учительница. Дети быстро разбежались по местам, а Хатсон продолжила бороться с учебником, которого захватил хаос бездонного рюкзака.
После урока преподавательница попросила Мун подойти к директору, который хотел передать распечатки заданий, чтобы помочь ученице вернуться в учебный темп. Обрадовавшись, что с Норсоном все в порядке, Хатсон поспешила в кабинет. Ее слабо тревожила мысль, что директор захотел лично вручить ей задание, и, что прошлый человек, использовавший этот же предлог, оказался похитителем трофеев в Отделе. После преследующих ее предсмертных вскриков, встреча с живым и здоровым Избранником было настоящим спасительным вдохом среди омута сожалений.
Влетев в кабинет директора, Мун, чуть не расплакавшись, облегченно улыбнулась. Один только вид, пусть и недовольного, Прыгуна, возвращал девушке надежду.
- Хатсон?! Нельзя же так врываться… - от испуга Верли чуть не выронил очки, которые он начищал в момент появления школьницы. – Знаю, я обещал, что не стану нагружать работой тех, кто участвовал в конкурсе, но эти задания помогут закрыть образовавшуюся брешь в познаниях. Конечно, их выполнение полностью добровольно. Я только хотел бы, чтобы к полугодовой аттестации были подготовлены все ученики.
- И… на этом все? – недоверчиво спросила Мун, забирая лист со стола. Она ожидала, что ее дни в школе сочтены и директор найдет лазейку, с помощью которой ее больше не допустят к общим занятиям.
- А что ты хочешь услышать? Что я исключил тебя из школы за причастность к убийству шестидесяти четырех человек, которые в это время видели коллективный сон? – сняв очки, Верли сурово посмотрел на Хатсон. Его глубокий взгляд, словно ядовитое озеро, полный холода и злости заставил Мун пожалеть о своем вопросе. – Твой поступок не оправдать, но также и не доказать. Я никогда не смогу понять твои действия. И все же, для каждого мира свои правила.
Норсон, поправив свой браслет со знаком месяца, невербально попросил Мун покинуть кабинет. Правильно расшифровав намек, Хатсон, с кислым послевкусием от разговора, вышла в коридор. Привыкшая к осуждению со стороны Избранников, девушка жалела лишь о том, что она, своими руками, подтвердила их порочащие сплетни.
Ноги не держали тело. Медленно сползая к полу, у Мун не оставалось сил ни чтобы плакать, ни улыбаться. Глядя стеклянными глазами на проходящих мимо сверстников, Хатсон разумом блуждала по измерению Грез, вспоминая шалости на курсах и время, проведенное с Сури. От глубоких размышлений ее отвлек звонок. Испугавшись громкого звука, девушка подскочила и, словно потерянный ребенок, пошла искать свой класс.
Все еще плохо ориентируясь в коридорах школы, Мун долгое время блуждала между кабинетами. Обнаружив открытую дверь, девушка наконец воспряла духом. Тихо прокравшись, Хатсон хотела узнать направление, но оказалось, что она вышла в совершенно другое крыло, где находился спортивный зал и мастерская, в которую как раз и занесли ноги школьницы.