Рядом с Мун сидел радостный мальчик, которого уже встречала девушка. Это был кудрявый маленький оператор – Вэйт Кладис. Он подтягивал к себе испуганного Анхеля, возвращая кустам прежнюю форму. Вскоре и Кристина присоединилась к таинственному собранию.
- Не объяснишь, что происходит? А если бы ты повредил мне голову? – негодовал Анхель.
- Прости, я не мог раскрыть свой тайник остальным. Теперь я готов провести вас по маршруту, о котором знают лишь немногие покорители. Даже вы теперь справитесь. – Кладис довольно обвел взглядом каждого присутствующего.
- Приятно, что ты так веришь в наши силы. Но не объяснишь, почему не мог раньше предложить помощь? Мы столько раз приходили к вашей семье с просьбой провести нас. Каждый раз вы находили причину отказать нам! – возмущение переполняло Кристину до такой степени, что руки сами тянулись к кустарнику, стараясь сорвать как можно больше листьев, назло их владельцу.
- Я слышал, что вас интересовал поход в горы? Я поражаюсь вашему упорству и, раз сегодня с вами ловкий напарник, я готов сделать исключение. Я видел, как Мун проявила себя на тренировках. И, пусть невольно, но половина автобуса наблюдает ежедневный спуск «белоснежного героя» со скал в школу. – Вэйт указал на Мун, с интересом наблюдавшую за каждым собеседником.
Ребята с пониманием кивнули Вэйту. Когда пассажиры видели Мун, прыгающую по скалам как горная коза, то ставили ставки, за какое время девушка достигнет финиша, или какой дорогой пойдет в этот день. Мун одновременно смутилась и расстроилась. Она не знала, что привлекает столько внимания обычным походом в школу.
- Только, не говорите об этом никому. Наверняка вам сказали, что все проводники уже в горах. Но, на самом деле, я уже наизусть выучил каждый камень нашей горы. Поэтому смело говорите, какой тайный маршрут вы обсуждали? – Вэйт приготовил блокнот, еле заметный в темноте.
- Сюда из раза в раз приходят люди, сходящие с маршрута. Говорят, у них с собой есть странные предметы. Когда же они доходят до точки, то проводят ритуалы, которые замечают даже горожане. – описала Мун, надеясь, что не сболтнула ничего лишнего.
- Понятно… - Вэйт задумался. Он еще раз осмотрел ребят, а после пополз вглубь тьмы. – Я покажу вам место, о котором, возможно, вы спрашиваете. Если это оно, то некоторых из вас разочарует моя история.
Вэйт подозвал детей ближе к себе. Мальчик обстукивал землю, пока звук гравия не сменился на глухой скрип. Под ладонью Кладиса находилась деревянная дощечка. Вэйт и Анхель с трудом подцепили доску, открыв под ней мрачный, кажущийся заброшенным, туннель. Чтобы не вызывать подозрений, первым в дыру спустился Вэйт. Он зажег свой фонарь и сигналами показывал, какая часть лестницы менее скользкая. Мун тоже поддерживала команду, параллельно наблюдая как из рюкзака Кристины падают то батончики, то конфеты.
Внутри уходящая вглубь пещера казалась еще более жуткой. Внизу оказалось довольно тепло и сухо. Скальные камни переливались под светом фонаря. Мелкие камни похрустывали от каждого шага путешественников. Бесконечный туннель извивался и поднимался, испытывая путников на выносливость. Порой, рядом с детьми проносилось эхо голосов туристов, звуки скатывающихся со стен камней, а иногда шуршание целлофана и следующий за этим шуршанием подозрительный хруст. Вэйт уверенно шел вперед, подбадривая уставших странников.
- Вэйт, правильно? – Мун подбежала к проводнику и понизила голос. – Сюда часто заглядывают странные люди?
- Да. Порой они проводят тут дни. Это выглядит, как горная версия шабаша. Но мне туда пока нельзя. – Вэйт, казалось, был рад, что его не впутывали в походы. - Хотя, я сомневаюсь, что они действительно сектанты, как считают те двое. Когда мы прибудем на место, вы сами увидите, что заставляет приходить в пещеры всевозможных людей.
Мун задумалась. Она старалась проверить, является ли Вэйт Избранником, ведь его фамилия известна в Отделе, как и ее собственная. Но никаких опознавательных знаков она не нашла. С грустью Ловец отступила. Ей было неимоверно приятно встречать Избранников на Земле. Однако, частые встречи уже начинали пугать и волновать. Идя по пещере, Мун чувствовала, что ее путешествие только начинается.