Двое горожан, размахивая руками и прибивая пыль под ногами вылетающими при их "милой" беседе каплями слюны, пытались что‑то доказать друг другу. Стоящий рядом десяток исключительно крепеньких мужичков, неловко переминался с ноги и на ногу, с каждым шагом медленно отодвигаясь от спорящих.
Игор с ходу пошутил дежурной по ситуации фразой.
— Что за шум, а драки нет?
Тём, в криках и в брани, допустимой этикой игры, выделил ключевые слова "инквизитор", "жена", "ведьмы", "распутник" и подмигнул товарищу.
— Я уверен, что знаю из‑за кого весь этот сыр — бор. И если я прав, а я прав, то мы молодцы. Всё правильно просчитали. Логисты, ютить твою так!
Страсти в это время у спорящих накалились не по погоде.
Стоящий на дверях, бывший с огромной вероятностью хозяином заведения, не пускал внутрь разъяренного и обиженного горожанина и был более сдержан.
— Я бы только радовался на твоем месте, Ринальдо. Теперь ты точно знаешь, что твоя жена не ведьма, и никакого сглазу или порчи ни тебе, ни товару в твоей лавке не будет.
— Мне лучше знать ведьма моя жена или нет, чем какому‑то бродячему монаху. А если ты такой умный, пусть бы он проверял своими новомодными методами твою жену, а свою я сам проверять буду! Хотя, нет. Твоя жена такая страшная, что её и проверять не надо. Ты сам, наверное, уже десяток лет не проверяешь, потому что все и так видят, что она ведьма.
До этого громкий, но не перевозбужденный защитник дверей кабака, взревел раненым лосем и рванул с кулаками на своего обидчика.
— Брейк.
Игор успел встать между резво отпускающими тумаки друг другу горожанами. Появление между ними сильного и хорошо вооруженного норда отрезвило обоих. Тут же к Игору плечом в плечо стал и Тём.
— А в чём спор, уважаемые? Мне, как ученику мастера инквизитора коллегии инквизиторов Раттермарка известны все методы и способы, допустимые в определении ведьм и колдунов. Так, что я могу вас рассудить.
Первым, как ни странно, успокоился обиженный на инквизитора лавочник.
— Так это, мессере воин — ученик, приходит два часа назад моя жена и говорит, что была на исповеди у инквизитора и теперь полностью очищена и защищена от воздействия Темной стороны. А у самой глаза блестят, и дышит вся так неровно, как и в период моего к ней сватовства редко дышала. Но я и смекнул, что не все так благостно, как она рассказывает. Я ей тот час вчинил жесткий допрос с осмотром. Она в слёзы, а следы пальцев на бедрах есть. И вот я с помощниками, — он оглянулся на стоящих уже почти у ворот трактира парней, — пришел к монаху за правдой. А этот змей — он, обличая, ткнул пальцем в трактирщика, — меня к тому змею не пускает.
— Прежде чем мы перейдем к пониманию того, справедливо ли обвинение в адрес мастера инквизитора, ответь мне на один вопрос, уважаемый: принадлежала ли тебе жена всецело, всякий раз и сколько бы раз тебе не желалось, или нет?
Лавочник помявшись, ответил:
— Принадлежала каждый раз и без отказа.
— То есть, если ты всегда брал с неё все, в чем тебе была надобность, и что тебе нравилось, что ей оставалось делать с тем, что у неё оставалось в излишке? Дождаться пока оно испортится и станет приманкой для темной стороны или дать вовремя снять излишек тому, кто всю свою жизнь посвятил борьбе со злом во имя добра?
Пока лавочник переваривал услышанное, трактирщик первым сообразил о чем сказал Тём и радостно хлопнул истца по плечу.
— Вот видишь Ринальдо, я тебе говорил о том же, только не столь мудреными словами, как мессере ученик инквизитора. Так что ты теперь лет пять можешь быть уверенным в своей жене, как в святой.
Ринальдо почесал затылок, но все же сказал.
— Да получается, что напрасно я гневался на уважаемого человека. Да и жена моя тоже вроде как безвинно от меня пострадала. Пойду ей пару серебрушек дам, пусть сходит по соседним лавкам и купит себе чего‑нибудь, чтоб купить и на меня больше не обижаться.
Толпившаяся у ворот группа поддержки лавочника с облегчением выдохнула и быстро рассосалась вдоль улицы.
Дождавшись пока и Ринальдо выйдет за ворота, Игор с каким то новым любопытством в голосе спросил у Тёма:
— Ты хоть сам понял, что сейчас сделал?
— А что? — Тём непонимающе посмотрел на товарища
— Ты сейчас выполнил квест не получив на него задания.
— Я как‑то не заметил. Да и не совсем это моя заслуга, её честно надо разделить пополам с Бокаччо.
Игор не стал вникать в то, что сказал ему Тём, все ещё перекатывая и так и этак насущное.
— То‑то и оно, что не заметил. А я вот был уверен, что такая ситуация без обязательного квестового сценария это игровой нонсенс.