— Я могу вызвать такси, — сказала я скорее по инерции, но Дрэйк уже поднялся с кровати и направился к креслу, где лежали его вещи.
— Вряд ли ты хочешь спорить со мной с утра пораньше, Агнес, — его тон был лёгким, но в глазах плясал тот самый намёк на вызов, который всегда заставлял меня уступать.
Через двадцать минут мы вышли из клуба через второй боковой вход. Я почувствовала, как свежий воздух ударил в лицо, и сильнее запахнула куртку на себе, пытаясь укрыться от утреннего холода. Вельвет позади казался каким-то другим — словно его энергия не могла существовать при дневном свете. Но рядом с Дрэйком это ощущение всё ещё тлело где-то внутри меня.
Мы немного прошли по улице, пока не оказались на автомобильной стоянке. Он открыл мне пассажирскую дверь своей машины, и я замерла на секунду, разглядывая её. Машина Дрэйка была дорогой — это чувствовалось в плавных линиях, в матовом блеске чёрного кузова, в безукоризненном кожаном салоне, — но при этом она оставалась сдержанной и элегантной.
— Садись, — тихо сказал Дрэйк, обойдя машину и садясь за руль.
Я опустилась в кресло, чувствуя, как кожа сидений приятно холодит кожу сквозь ткань лосин. Запах внутри был таким же, как и от него — смесь мускуса, чего-то пряного и терпкого, что заставляло меня невольно вдыхать глубже.
Дрэйк завёл двигатель, и бросил на меня быстрый взгляд, прежде чем вырулить на пустую утреннюю улицу.
— Тебе далеко? — спросил он буднично, хотя я знала, что ему по сути всё равно, сколько времени займёт дорога.
— Нет, — ответила я. — Я живу недалеко от центра, на Грейстоун-стрит 17.
Он кивнул, переключая передачу, а я смотрела на его руки, уверенно лежащие на руле. Движения Дрэйка всегда были плавными и выверенными, и сейчас они завораживали меня так же, как вчера, когда он прикасался ко мне.
— Ты ведь не спишь после ночей в клубе, да? — тихо спросила я, скорее чтобы разрядить тишину.
Он усмехнулся краем губ, взгляд его оставался на дороге.
— Бывает по-разному. Но когда рядом есть причина не спать, усталость не ощущается.
Я почувствовала, как мои щёки вспыхнули, и отвернулась к окну, скрывая улыбку. Мы ехали по полупустым улицам города, по которым утро уже начало разливать свои краски, освещая стеклянные фасады зданий и мокрый асфальт. Всё казалось таким обыденным, нормальным, и лишь Дрэйк рядом был тем, что выходило за пределы привычного.
Несколько секунд мы молчали, и я снова повернулась к нему.
— Дрэйк, — произнесла я, подбирая слова, — могу я спросить?..
— Ты и так спрашиваешь, — он усмехнулся, но тон был спокойным, почти ободряющим. — Давай, Агнес, выкладывай.
— Откуда ты знаешь Дэвида?
Его пальцы на руле едва заметно напряглись, но он не ответил сразу. В машине повисла тонкая пауза, и я почти услышала, как он взвешивает каждое слово, прежде чем заговорить.
— Мы знакомы поверхностно, — наконец сказал он, его голос был ровным, но в нём скользнула едва уловимая нотка усталости. — Наши семьи давно вращаются в одном кругу. Скорее мой брат поддерживает с ним кое-какие деловые отношения.
— Брат? — переспросила я, цепляясь за новую деталь.
— Николас, — Дрэйк бросил на меня короткий взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. — Он старше меня на восемь лет. Более «семейный», более предсказуемый, если так можно сказать.
— А ты? — поинтересовалась я, не сдерживая любопытства.
— Я? — его губы изогнулись в лёгкой полуулыбке. — Я всегда был другим. Уехал учиться за границу, много путешествовал. Вернулся в город всего три месяца назад.
— Значит, ты не знал… — начала я, но замялась, вдруг почувствовав, как в горле образовался комок.
— Что ты его бывшая жена? — закончил за меня Дрэйк. — Нет, не знал. По крайней мере, не тогда.
— А когда узнал?
Он замедлил машину, притормаживая на светофоре, и повернулся ко мне.
— После нашей первой встречи в Вельвете, — Дрэйк говорил спокойно, но я заметила, как его пальцы чуть крепче сжали руль. — Я сразу почувствовал, что уже видел тебя. Было странное ощущение… словно я тебя знаю.
— Но как? — спросила я, слегка нахмурившись.
Он бросил на меня короткий взгляд, прежде чем снова вернуться к дороге.
— Два года назад, — продолжил он, словно проглатывая часть слов. — Я видел твои свадебные фотографии.
Внутри меня будто что-то щёлкнуло. Я замерла, не в силах сразу отреагировать, а он продолжил:
— Тогда вы с Дэвидом только поженились. Эти снимки были в одном из журналов — свадьба влиятельного бизнесмена, светское событие. Я даже не знаю, зачем я их рассматривал. Может, просто пролистывал от скуки. Но ты… — его голос опустился на тон ниже, и в нём появилось что-то более личное, — ты запомнилась мне тогда.
— Запомнилась? Почему?
Он усмехнулся, но не с тем вызовом, к которому я привыкла, а с лёгкой тенью неловкости.
— Ты выглядела… не такой, как все. Даже на тех постановочных фото. В глазах было что-то… живое. Как будто ты не совсем принадлежала этому идеальному миру вокруг себя.
Я сглотнула, пытаясь справиться с эмоциями. Это было неожиданно. Слишком.
— И ты сразу узнал меня в Вельвете? — прошептала я.
Дрэйк качнул головой.
— Нет. Маска скрыла твоё лицо, но ощущение осталось. Что-то в твоём голосе, в том, как ты двигалась, как смотрела… — он на секунду замолчал, подбирая слова, — ты пробудила это воспоминание, и я не мог понять, почему мне казалось, что я тебя знаю.
— А когда ты понял?
— Уже после, — его голос стал тише, но твёрже. — Когда ты ушла, не сказав ни слова, я не мог тебя выбросить из головы. Случайно наткнулся на свежую статью о разводе Дэвида, и тогда всё сложилось. Тот вечер в клубе, твоё лицо на старых фотографиях и имя — я сложил два и два.
Он говорил это спокойно, но я видела, как его челюсть слегка напряглась, будто ему было нелегко это признать.
— Почему ты тогда ничего не сказал? — спросила я, голос дрогнул, выдавая моё волнение.
Дрэйк на секунду задумался, а затем ответил:
— Потому что хотел, чтобы ты сама решила, кем хочешь быть для меня. Не бывшей женой Дэвида, не частью прошлого, а просто… собой.
Его слова повисли в воздухе, тяжёлые и откровенные. Я опустила взгляд, чувствуя, как моё сердце предательски сжимается от тепла, пробирающегося сквозь его грубую честность.
— И ты всё равно продолжил, — тихо произнесла я, больше самой себе, чем ему.
— Разве я мог остановиться? — он снова посмотрел на меня, и в его глазах было то, что не требовало слов.
Машина мягко скользила по пустынным улицам, а я сидела молча, глядя в окно и пытаясь совладать с тем, что только что услышала. Дрэйк знал меня ещё тогда, два года назад. Момент, который я сама давно похоронила в памяти, почему-то остался отпечатком в его. И теперь, спустя время, наши пути снова пересеклись.
Но мог ли он на самом деле узнать меня под маской, опираясь лишь на смутное воспоминание со старых фотографий? Что-то здесь не складывалось.
Просто случайность? Я уже не верила в такие совпадения.
— Агнес, — его голос прервал мои мысли, и я повернула голову к нему.
— Да?
— Ты ведь не жалеешь об этом? — спросил он спокойно, но в его тоне было что-то, что заставило меня задуматься.
— Нет, — ответила я честно. — Не жалею.
Дрэйк кивнул, и уголки его губ дрогнули в почти невидимой улыбке.
— Хорошо, — сказал он тихо.
Остаток пути мы ехали молча, но тишина между нами была другой — не напряжённой, а почти комфортной. Впервые за долгое время я не чувствовала необходимости заполнять её словами.
Глава 41. Лицо без маски
Машина мягко затормозила у моего дома, и я невольно выдохнула с облегчением, когда двигатель стих. Я уже потянулась к ремню безопасности, когда голос Дрэйка заставил меня замедлиться.
— Интересный у тебя дом, — произнёс он, оглядывая фасад здания. Его взгляд задержался на цветных витражах, которые отражали тусклый утренний свет, разливая мягкие пятна голубого и розового на соседние стены. — Это… необычно.