Небо было серым, но светлым, как будто облака слегка размылись, пропуская едва уловимый зимний свет. Морозный воздух колол кожу, а лёгкий снегопад создавал вокруг нас тишину, нарушаемую только редким скрипом наших шагов по утоптанной дорожке. Всё вокруг укрывалось мягким белоснежным одеялом, придавая этому месту почти сказочную, но печальную атмосферу.
Мы остановились у могил моих родителей. Я склонила голову, позволяя далёким отрывкам воспоминаний вспыхнуть перед глазами. Дрэйк стоял рядом, его рука надёжно держала мою, согревая даже в этот холодный день.
— Они были бы тобой горды, — тихо сказал он, его голос звучал глубоко и серьёзно.
Я закрыла глаза, сдерживая слёзы, которые грозились пролиться. Лишь кивнула в ответ, чувствуя, как тепло его слов обволакивает меня.
Когда мы подошли к могиле дедушки, ветер затих, и на мгновение наступила абсолютная тишина. Надгробие, покрытое тонким слоем снега, казалось почти живым, словно впитывало наши слова.
Дрэйк слегка склонил голову, его взгляд был направлен прямо на надпись.
— Мистер Хантли, — начал он, его голос звучал серьёзнее, чем обычно, — вы воспитали сокровище, и я обещаю вам, что буду оберегать её.
Я не сдержалась и взглянула на него. В этот момент его искренность была настолько очевидной, что я почувствовала, как внутри всё сжалось от благодарности.
— Спасибо, — прошептала я, голос дрогнул.
Он обнял меня крепче, его губы коснулись моего виска, и это прикосновение было как клятва, которую он давал не только мне, но и тем, кого мы потеряли.
— Теперь ты — моё сокровище, Агнес, — сказал он, его слова были полны любви и твёрдой решимости. — И я никогда этого не забуду.
— И я люблю тебя, Дрэйк, — прошептала я, и наши слова растворились в морозном воздухе, становясь частью чего-то большего, чем мы сами.
Полгода спустя
Жаркий июльский день выдался безоблачным, а лёгкий ветерок скользил по улице, принося с собой запах нагретого асфальта. Я стояла на втором этаже у двери своей бывшей квартиры на Грейстоун-стрит, держа в руках ключи. Передо мной — новая хозяйка этого небольшого, но уютного пространства. Люси.
Она была хрупкой, но её прямая осанка и твёрдый взгляд говорили о силе, скрытой за внешней мягкостью. На ней были лёгкие джинсовые шорты и белая футболка с выцветшим логотипом музыкальной группы. Светлые волосы, уложенные в спешке, выбивались из небрежного пучка.
— Спасибо, что смогли так быстро всё уладить, — сказала Люси, принимая ключи. — Я правда рада, что нашла эту квартиру.
— Главное, чтобы она стала для вас настоящим домом, — я улыбнулась, чувствуя лёгкую грусть от прощания с местом, которое когда-то было моим убежищем. Я держала эту квартиру за собой достаточное время, чтобы понять, что мне точно не понадобиться сюда возвращаться.
— Честно говоря, сама не ожидала, что мне так внезапно понадобится жильё, — вдруг сказала она.
— У вас что-то случилось?
Она фыркнула, сжала губы и взглянула на меня.
— Случился бывший, полный мудак, как оказалось. Но знаете, — она усмехнулась, — если, он приползёт ко мне с извинениями… я пошлю его куда подальше.
Мы обе рассмеялись. Энергия этой девушки была поразительной — она била из неё, как из фонтана, наполняя воздух живительным светом.
— Удачи вам, Люси, — я протянула ей руку. — С таким настроем вы точно добьётесь всего, чего захотите.
Она кивнула, её глаза сверкнули уверенностью. Когда я начала спускаться по лестнице, лёгкая улыбка всё ещё играла на моих губах. Люси напомнила мне о прошлом, но её характер так сильно отличался от моего. Она была гораздо более сильная и смелая.
На первом этаже я немного задержалась возле почтовых ящиков, прежде чем выскользнуть на улицу.
Возле дома уже стоял Дрэйк, облокотившись на капот своей машины. Он как всегда выглядел невероятно соблазнительно. Его глаза зацепили мой взгляд, и уголки губ чуть приподнялись.
— Что это за хитрая улыбка? — спросил он, распрямившись и открывая мне дверь.
— Да так, ничего, — отмахнулась я, садясь на пассажирское сиденье. — Лучше скажи, поговорил ли ты с мамой насчёт свадебной арки?
— Насчёт чего? — он уселся за руль, повернув ко мне голову.
— Свадебной арки, Дрэйк, — я закатила глаза, но улыбка всё равно выдала меня. — Она считает, что чайные розы выглядят торжественнее, чем розы флорибунда. И ей недостаточно моего согласия, она хочет досконально обсудить со мной все плюсы и минусы каждого варианта.
Дрэйк хмыкнул, заводя двигатель.
— Для мамы это больше, чем просто свадьба. После того как Николас с Кларой сбежали на Карибы и поженились вдвоём, её мечты об организации идеальной церемонии рухнули. Теперь нам придётся компенсировать всё за них.
— Звучит, как подготовка к коронации, — пробормотала я, но улыбка всё ещё держалась на моих губах.
— Не переживай, я всегда готов облегчить твою участь. К тому же… — его голос стал ниже, приобрёл хрипотцу, от которой по телу прошла дрожь. — Если всё станет слишком тяжёлым, я знаю, как тебя отвлечь.
Он наклонился ближе, его губы почти коснулись моего уха, и я почувствовала, как его дыхание обжигает кожу.
— Может, стоит снова воспользоваться лентой, чтобы привязать тебя к реальности? — прошептал он, а его пальцы мягко скользнули по моему запястью.
— Ты просто невыносим, — я притворно фыркнула, но голос предательски дрогнул.
— Знаю, — он улыбнулся так, что я ощутила тепло в самых глубоких уголках души. — Но ведь тебе это нравится.
Я покачала головой, но не успела ответить, потому что он потянулся к моим губам и поцеловал меня, заставляя забыть обо всех свадебных арках и даже о том, куда мы направлялись.
Через пару часов Люси занесла в квартиру последние коробки, закрыла за собой дверь и выпрямилась, устало потирая шею. Она медленно обвела взглядом новое пространство, пытаясь почувствовать, что теперь это место — её дом.
— Ладно, сначала проверю, нормально ли работают ключи, — решила она вслух, вынимая связку из кармана.
Спустившись на первый этаж, она остановилась перед рядом почтовых ящиков. Замок открылся легко, неожиданно для старых скрипучих механизмов. Но на её удивление, он не был пуст.
Внутри лежал чёрный конверт.
Её брови сошлись на переносице. Она вытащила его, провела пальцем по матовой поверхности. Конверт был строгим, элегантным, с золотистым тиснением.
— Рекламный буклет? — скептично пробормотала она, вертя находку в руках. Но на ощупь это не было похоже на что-то массовое и обыденное.
Поднявшись обратно в квартиру, Люси прошла на кухню, разглядывая конверт в свете лампы.
— Вельвет, — прочитала она слово, выгравированное золотыми буквами, перекатывая его на языке. Её пальцы на мгновение замерли на краю конверта, а затем ноготь аккуратно подцепил запечатанный край.
Внутри оказалась карточка из плотного чёрного картона, украшенная тем же золотым тиснением. Её глаза пробежали по тексту:
«Элитное закрытое событие для избранных в субботнюю полночь. Маски. Вечер для тех, кто ценит настоящее и чувственное».
«Эмбер Лейн 5, район Рэдклиф, Локсдэйл».
Люси вертела карточку в руках, её уголки поблёскивали в свете лампы.
— Это что, приглашение? — её голос прозвучал недоверчиво.
Она покачала головой и подошла к мусорному ведру. Подняв крышку, Люси замерла, удерживая карточку на весу. Внутри что-то протестовало.
— Хм… Может, принадлежит прошлой хозяйке? — пробормотала она, прикрывая крышку ведра и направляясь к прихожей.
Она бросила конверт в маленький ящик у зеркала и на несколько секунд задержала взгляд на золотистых буквах. Внутри что-то ворчало, предостерегая, но одновременно подогревая любопытство.