— Я знаю, — подтвердил Милан.
— Ах, да, я и забыла, что ты был им какое-то время… Милан, ты тогда просто скопировал все его воспоминания, его знания?
— Можно и так сказать.
— А сейчас, ты сохранил их? — Ирина разволновалась.
— Сохранил. Благодаря его знаниям, я смог сразу разговаривать на двух ваших языках. Мне это очень помогло. И не только мне. Я расскажу тебе, когда закончишь.
— Да немного осталось. Мы привязались друг к другу, полюбили… Спустя некоторое время поженились. У нас родился сын Михаил. Людмилка его дочка. Вот и все.
Ирине хотелось рассказать о муже все — какой он был хороший, умный, ласковый! Она помнила каждый день их долгой совместной жизни, но посчитала, что не стоит чужому в общем-то человеку — да и не человеку вовсе! — открывать свое сердце. Но Милан спросил:
— Вас объединило горе. А любовь? Скажи, вы любили друг друга?
От такого прямого вопроса Ирине стало не по себе. Она всю жизнь с нежностью относилась к Павлу. Да, инициатором свадьбы была она. Павел ни за что не решился бы сам сделать ей предложение. Он как-то сказал ей об этом. Но от него Ира чувствовала тепло, душевное тепло. Они понимали друг друга, не разговаривая. Просто сидели рядом, обнявшись, и от этого было хорошо.
— Он остался со мной, бросив Москву, сменил гражданство. Он всегда был честен, и всегда был рядом — и в радости, и в горе. Мне не нравился ни один из парней, добивающихся моей любви. Когда я рассказывала ему о них, то замечала беспокойство в его глазах. Он ревновал! Я видела это! Что это, если не любовь?!
— Прости, Ири, прошу тебя, прости! — взмолился Милан. — Я сам ищу ответ на этот вопрос. Твой рассказ заставил меня задуматься. Но я не хочу, чтобы ты подумала, будто я усомнился в ваших чувствах, нет, я верю тебе и знаю Павла Курлясова. Я помню, как поразил меня его внутренний мир, как я еле справился с потоком его чувств, которые вместе со знаниями и всем, что хранилось в его разуме, передалось мне. Возможно, я видел тебя его зрением, чувствовал тебя, как он, потому и думал о тебе все время.
— Что ты хочешь сказать, Милан? — смутилась Ирина.
Милан понял, что поторопился. Он еще не разобрался в себе, и не готов был сделать признание, но наверняка знал одно — эта женщина дорога ему.
— Ирина, мы отложим этот разговор на потом. Хорошо? Мне надо обдумать все, что ты сказала. И еще, у меня есть задание. Да, попасть на Землю просто так нельзя. Я здесь в качестве наблюдателя.
— Наблюдателя? — Ирина чувствовала, что уже плохо соображает — то ли от усталости, то ли от стресса, — в ее голове все перепуталось: и прошлое, и настоящее.
Милан все понял.
— Иди спать, Ири. Ночь еще не закончилась. Ты сможешь отдохнуть до утра. А утром мы продолжим разговор.
Ира почувствовала тяжесть, словно на плечи легли чьи-то большие руки. Глаза сами собой закрылись. Милан поднял ее на руки и отнес на диван.
Укрыв женщину пледом, Княжич выключил свет на кухне и подошел к окну. Открыв его, он вдохнул морозный воздух, а холодный порыв ветра принес влажные капли, даже не капли, а мелкие ажурные фигурки, тающие на лице от тепла его тела. Милан высунул руку из окна, подставив раскрытую ладонь под медленно падающие снежинки, которых становилось все больше и больше. Они таяли на глазах, вызывая у лиринийца восхищение. Ира тяжело вздохнула во сне. Милан оглянулся, закрыл окно и вышел на кухню, где просидел в раздумье до утра.
Милан очнулся от сна, услышав утреннюю возню в квартире, шепот женщин, приглушенный звук работающего телевизора. Он открыл глаза и увидел Людмилу, разливающую кофе в чашки. Девушка сияла свежестью.
— Доброе утро! Простите, что разбудила, но … пора!
— Доброе утро! А где Ири? — Милан выглянул в комнату. Ирина сидела перед телевизором и слушала новости. Она повернулась к нему и с улыбкой сказала: — Я здесь! С добрым утром!
Милан облегченно вздохнул. Ира в хорошем настроении. Значит, все нормально. Он может рассчитывать на ее помощь.
Предстоящий день обещал быть долгим. Княжич прибыл на Землю как наблюдатель от Совета Лиги. Его тайная миссия заключалась в сборе информации и анализе мнений землян относительно предложения Лиги Разумных Миров об открытом контакте. Зная о разобщенности людей, о сокрытии самого факта существования иных рас во Вселенной, Совет Лиги направил четыре миссии для одновременной встречи с четырьмя посольствами людей в разных точках Земли: в Америке, Евразии, Африке и Австралии. Посольства должны возглавить правители ведущих держав. Совет рассчитывал, что скрыть информацию о миссии инопланетян так будет невозможно. Для этого правители всех стран должны договориться друг с другом, но их амбиции вряд ли позволят это сделать. Милану же, как и сотне других наблюдателей, предстояло общение с людьми, просмотр источников информации, определение отношения землян к факту существования других разумных рас.