–Малыш! Помоги мне дойти до кладбища, тихо и жалобным голосом попросила меня девушка.
–Нет Катя! давай подождём, пока тебе лучше станет, отказал я просьбе девушки.
–Малыш! Чем выше солнце поднимается, тем холоднее и больнее мне становится, так что если не хочешь чтобы я страдала сильнее, то помоги мне дойти, повторила свою просьбу девушка, с видимым усилием, протягивая мне руку. Я осторожно взял Катю за руку и она с трудом превозмогая боль, сделала небольшой шаг, потом немного постояв, она сделала ещё один шаг и мы медленно пошли в сторону кладбища. Когда мы добрались до кладбища, солнце было в зените, Катя уже почти не могла идти, от неё исходил такой холод, что я чувствовал исходящий от неё холод, находясь рядом с ней. Подойдя к земляному возвышению над могилой, Катя не сказав мне нечего, упала на эту землю. Я стоявший рядом, с удивлением увидел, что едва тело девушки коснулось земли, Катю стал окутывать серебристый туман, а под её телом земля стала похожа на плотный серебристый пух, который тоже приподнялся над землёй и окутал Катю, скрыв её от моих глаз. Я некоторое время стоял и тёр в недоумении свои глаза, надеясь что старательно протерев свои глаза, я вновь увижу Катю.
–Катя! Ты где? Кричал я, судорожно пытаясь руками раскидать землю, но вокруг меня была тишина.
Как я не старался, но у меня не получилось сдвинуть с места, даже конфету, принесённую девушкой и оставленную на могиле
–Не уйду от сюда без Кати, решил я и закрыв глаза, лёг лицом вниз на Катину могилу, во мне теплилась слабая надежда, что Катя как-нибудь почувствует моё присутствие или мою тоску по ней и вернётся назад, в этот мир ко мне.
Чем дольше я лежал на могиле, тем слабее становилась моя надежда, на Катино возвращение, именно в этот мир, а не вернётся в тот мир, в новом теле. У меня же как то получилось, родится заново, но вот остаться живым в новом теле, мне не удалось.
–Надо мне самому теперь учиться и узнавать этот мир, подумал я, оправдывая своё неисполнение обещания, самому себе, дождаться Катю.
Прошла зима, я скучал по девушке и часто бродил по деревне, иногда забравшись в чей ни будь дом, с тоской смотрел как живут люди. Я привык к одиночеству, также у меня появилась привычка забираться в дома и наблюдать за хозяевами. Единственный дом, который я не посещал оставшись один, это был дом в котором жили Катины родители. Нет! Я хотел сначала, обосноваться в доме родителей Кати, залезть под кровать девушки, чтобы не видеть смену суток. Но когда я подошёл к дому, то я увидел, что Катин дом опоясан ледяными полосами, в которые превратились следы от капель святой воды, которой священник окропил дом, а вот ледяные стрелы, которые поранили Катю, исчезли совсем. За то короткое время, которое я провёл в обществе Кати, я привык, к тому что она меня звала, просто Малышом, так же привык слушать рассказы девушки о произошедших изменениях в стране, не думая о том, что в один момент, это всё неожиданно оборвётся. Я часто сидел возле Катиной могилы, иногда приходили её бывшие подруги и приносили цветы и конфеты. Чаще всех приходила девушка по имени Настя, она иногда приходила, просто для того чтобы очистить могилу от упавших листьев. Но однажды она пришла с девушкой, скорее всего приезжей, потому что я практически всех молодых людей живущих в селе, знал в лицо. Настя что-то рассказывала девушке, когда они стояли возле могилы, а девушка внимательно слушала, задавая иногда вопросы Насте. Девушка впервые пришедшая на могилу к Кате и расспрашивающая о ней, вызвала у меня интерес. Поэтому, когда девушки пошли в село, я последовал за ними. На окраине села, девушки попрощались и Настина знакомая пошла на другую улицу. Она подошла к покосившемуся от старости деревянному дому, остановилась возле калитки, за которой привязанный на цепи был пёс, на лай собаки вышли пожилые хозяева. Старичок оттащил собаку от калитки, а старушка поцеловав девушку в щёку, провела её в дом. Девушка была не только красивая, мне показалось, что от неё исходило тепло. Чтобы проверить это, я тоже проник в дом, правда не как гость, для которого хозяева открывают двери, двери для меня никто не открыл, я просто прошёл сквозь дверь. Хозяева дома, с радостью на лицах, суетились, накрывая стол, в русской печи горели дрова. Девушка сидела уже за столом на табурете, я подошёл к ней сзади и протянул руки к пышным волосам, которые светло пшеничными локонами, стекали по спине девушки, до самой её поясницы. Я снова почувствовал тепло идущее от девушки, но это тепло живого человека, было совсем другое, чем от испуганного человека. Девушка, зябко повела плечами, хозяин увидев это, предложил гостье пересесть ближе к печи, это я понял по пригласительному жесту хозяина, но девушка отрицательно покачала головой и осталась на своём месте. Чтобы не создавать девушке дискомфорт, я отошёл от неё и встал возле печи, чтобы мне было видно гостью. Девушка о чём-то спросила хозяев и вопрос девушки, вызвал испуг на их лицах. Пожилая женщина, перекрестившись, с суеверным страхом стала что-то быстро говорить в ответ, на вопрос девушки.