— И что вы предлагаете? Что посоветуете нашим телезрителям, если они обнаружили, что их близкие подвержены «Эффекту акумы»?
Человечек поправил одежду и как-то сдулся. Ему не хватало огромных очков в роговой оправе для полноты образа фрика-учёного.
— Ничего.
— Ничего? — удивилась Надья.
— Да. К сожалению, мы не знаем, как лечить подобное расстройство. Обычная терапия и даже медикаментозное лечение ничего не дают, только увеличивают склонность к суициду. Хорошо ещё, что после провальной попытки покончить с собой больные идут на поправку. Главное — этот момент пережить, хе-хе.
— А если применять медикаменты? Успокоительное, к примеру.
— Под действием таблеток бредовые идеи увеличиваются ещё больше, приводя даже к галлюцинациям. Чаще всего больные упоминают, что во время этих припадков они слышат или видят что-то. Обычно это лица, маски, преимущественно этнические, иногда бывает музыка с цветовым сопровождением. В случае, если вы заметили припадочного…
— Адриан Агрест.
Адриан повернул голову. Дверь в кабинет странного доктора Вирда была открыта. Сам врач стоял в проёме и, мягко улыбаясь, смотрел прямо на своего клиента.
— Я вас уже давно жду, юноша.
Внутренний Кот Нуар оскалил клыки. Плагг завозился под рубашкой.
Адриан мягко улыбнулся.
— О, поверьте, я вас дольше.
Они зашли в кабинет, и следующие полтора часа Адриан чувствовал, как доктор Вирд перебирает его извилины. Было ощущение, что Герман просто запустил пальцы в голову и начал ими шевелить. Мало приятного, говоря откровенно.
Адриан постоянно уводил разговор от своих переживаний, направляя его к болезни отца. Это была злободневная тема, да и поговорить о ней Адриану было не с кем. А вот про Ледибаг, акум и «Эффект акум» говорить было просто опасно. Почему-то на на доктора Вирда очень слабо влияла Тайна Личности; Адриан даже чуть не проговорился несколько раз о своих суперсилах ранее.
Из кабинета он вышел с больной головой и лёгкой тошнотой. За щекой у Адриана были таблетки, которые он всегда пил в присутствии врача. От лекарств Агрест избавился едва выйдя на улицу, просто выплюнув те в ближайшую мусорку.
Горилла на это ничего не сказал.
Они почти дошли до машины, как Адриан спросил:
— Горилла, а я могу прогуляться? Один.
Охранник смерил его долгим тяжёлым взглядом, но согласно кивнул. Адриан благодарно улыбнулся, чувствуя, наконец, что губы пришли в синхронизацию с мыслями и настроением. Слишком уж часто он улыбается просто из вежливости.
У Адриана не было каких-либо особенных планов на эту прогулку. Ему просто хотелось побыть одному и подумать о жизни, как всегда бывало после сеансов с доктором Вирдом. Собрать мозг в кучу, как говорил Плагг.
На улицы наползала весна. Небо сбрасывало зимнюю шкуру, тут и там вылезали лишайные участки яркого голубого цвета. Это хоть немного украшало реальность, полную мелких луж на мостовых, чёрных тёплых курток и голых деревьев с только появившимися почками.
Адриан засунул руки в карманы пальто. Пальцы мёрзли. Несмотря на подкрадывающуюся весну, ветра в Париже гуляли совсем не тёплые. Скорее бы лето уже, в самом деле. Отчего-то Адриану казалось, что с приходом тёплого ветра все проблемы в его жизни растворятся, словно снег на солнце.
Переставляя ноги, Адриан совсем не замечал, куда идёт. Да это и не было важно: куда бы он ни пришёл, как бы ни заблудился, достаточно было провести трансформацию. Кот Нуар выберется из любой дыры и любого гетто, проверено.
Плагг возился под рубашкой, пытаясь устроиться поудобнее. Выходило так себе, и котёнок в отместку чувствительно впивался коготками в тело подопечного — по-кошачьи глупо мстил за собственную неуклюжесть. Адриан так привык к такому, что уже даже не вздрагивал. Хотя поначалу, конечно, было сложно сохранять спокойное выражение лица, если крошечный коготок входит в тебя почти на сантиметр.
И зачем только такому маленькому квами такие когтищи?
Так и не устроившись, Плагг высунул голову из-под защиты пальто. Завидев чёрную макушку между пуговицами, Адриан сразу же нажал на неё, запихивая обратно.
— Ты чего удумал?
— Ой, да ладно тебе, пацан. Мне скучно!
— Мы в городе, между прочим.
— Да плевать. Скажешь, что у тебя за пазухой котёнок.
— Ну конечно. Котёнок-мутант.
— Пусти!
Примерно с минуту они боролись. Это напоминало игру в сусликов, когда выскакивающим грызунам надо бить по голове: только Плагг высовывал чёрный лоб из прорези между пуговицами, как Адриан пихал квами обратно под пальто. Но в итоге борьба была проиграна. У квами оказалось банально больше энергии и упорства.
Так они и шли дальше, Адриан и его кот. Что удивительно, на них обращали внимания не больше, чем если бы у Агреста из-за пазухи, — Плагг переместился туда, под защиту шарфа, — выглядывал обычный чёрный котёнок.
— Ну ты и проказа, — пробормотал Агрест, мимолётно погладив квами между ушами.
Плагг отозвался коротким мурчанием.
— Конечно, пацан. Я же чума.
Районы сменяли один другой, вскоре Адриан перешёл в следующий округ. Он удалялся от центра города, и дома вокруг росли ввысь. Старые фасады сменились более современными, и уже через какой-то час вокруг Адриана высилось море из стекла и бетона. Ни следа от старого Парижа.
Люди тоже изменились, хотя и не на много. Стали более нервными и спешащими кто на работу, кто, напротив, домой. Они шли вокруг Адриана, как стайка толкающихся пингвинов, и совсем не обращали внимание ни на что.
Ну или почти ни на что. Всё же оставались в жизни вещи, привлекающие внимание даже пингвинов.
Возле одного из высоких зданий была толпа. Все, как один, задрали головы и смотрели вверх — туда, где на парапете стояла одинокая крошечная фигурка. Адриан мысленно прикинул высоту здания. Выходило этажей тридцать и ноль процентов выживаемости, если самоубийца всё-таки спрыгнет.
Самоубийц Адриан не любил чисто профессионально. Как людей он их даже немного уважал: мало у кого хватит мужества сознательно причинить себе боль. При этом Адриан так же осуждал их: мало кто из суицидников думал о своём окружении и их чувствах.
Профессиональная нелюбовь к самоубийцам появилась у Адриана после просмотра мультфильма. «Суперсемейка», рождённая знаменитой американской студией, наглядно показала, что может произойти с героем и его репутацией из-за несвоевременного вмешательства. Учитывая, что показанные в мультфильме мир не сильно отличался от реальности… что же, это было даже грустно.
Поэтому каждый раз, если дело касалось самоубийц, перед Адрианом вставал выбор: спасти человека и поступить как герой, или же оставить всё как есть и не подставлять ни себя, ни Ледибаг. Выбирал он всегда, естественно, первое.
Он нырнул в ближайший переулок и отпустил силу. От его тела разошлась волна теплоты — что-то связанное с электромагнитными волнами или вроде того, как пытался объяснить Плагг. Главным побочным эффектом такого действа было то, что люди вокруг просто переставали обращать внимание на место, откуда волна исходит.
Плагг говорил, что эта сила была дана Котам, чтобы они помогали своим леди сохранять Тайну Личности после падения магии. Полезная штука.
— Трансформация.
Дождавшись прекращения зелёного света, Адриан потянулся. Чувствительный кошачий слух улавливал беспокойство толпы снизу и плач сверху. Между асфальтом и суицидником было ещё тридцать этажей, и на каждом из них жили, работали, ходили, ели люди — есть от чего запутаться в обилии звуков. Сколько времени у Адриана ушло, чтобы разобраться с кошачьими примочками — даже подумать страшно!
У Ледибаг, кстати, были свои странности. Чего только её монохромное зрение стоит.
Он вытащил шест и упёрся оружием в асфальт. Распрямив жезл, Кот оказался выброшен в воздух, точно реактивная ракета. Секунды свободного падения было достаточно, чтобы определить, куда стоит упереть оружие для дальнейшего перемещения.