Кот потёрся щекой о макушку напарницы и довольно вздохнул:
— Знаю, что момент совсем неподходящий, но я тебя люблю, Ледибаг.
Маринетт фыркнула.
— На удивление, Кот, момент просто отличный. Мне важно знать, что твои чувства остались прежними, несмотря на произошедшее.
— Я буду любить тебя всегда, миледи, в этой жизни и в следующих!
Она рассмеялась и несильно ткнула Нуара в бок.
— Слишком много пафоса, котёнок.
— Ну, это же я, — беспечно пожал плечами Кот. — А теперь, миледи, догони меня!
Он высвободился из её рук с той же лёгкостью, с которой вода вытекает из ладоней. Ледибаг даже не сразу поняла, что Нуар уже не в её объятиях, а стоит на краю крыши, так быстро и аккуратно это произошло. Кот нашёлся чуть поодаль, вертел в руках свой жезл и приглашающей улыбался, демонстрируя острые клыки.
— Ну, миледи? Бежим?
Вместо ответа она прыгнула вперёд, пытаясь ухватить Нуара за руку или хотя бы за хвост. Безрезультатно: Кот отпрыгнул ещё в самом начале её движения, игриво подвигав бровями.
— Нет-нет, миледи, это совершенно не годится! — протянул этот прохвост, широко ухмыляясь. — Попробуешь ещё раз?
Конечно же она попробовала. И снова, и снова, и опять, и всё без результата: Нуар утекал из её рук, уворачивался от бросков, уходил от взгляда и просто летел, даже не касаясь крыш подошвами ботинок. Он слишком хорошо управлялся с шестом, и Ледибаг знала, что при желании Нуар может пересечь весь город, ни разу не наступив на землю.
Не то чтобы это умение родилось в спокойное время, совсем нет. Просто как-то у них была акума, которая превратила весь асфальт Парижа в раскалённую магму. Чтобы победить этого одержимого, — а тот, между прочим, был в центре площади перед Лувром, окружённый красными горячими потоками, — Коту пришлось добираться до него на одном шесте. Тот не плавился, в отличие от нуаровских ботинок.
К счастью, закончилось всё хорошо. Кот напрыгнул на акуму, выбил у того из рук огнетушитель и даже не расплавился сам. Чудесное Исцеление вернуло Парижу исконный вид, а пара небольших ожогов, оставшихся на коже Маринетт, сошли сами за пару недель. Неприятно, но терпимо.
Сейчас же Кот вовсю пользовался этим своим умением и не давал Ледибаг поймать себя. Только героиня подбиралась ближе к напарнику, как его шест резко выдвигался, и Кот перемахивал на другую крышу или же и вовсе летел куда глаза глядят. Пока Ледибаг цеплялась йо-йо за выступы на зданиях и пыталась нагнать Нуара, тот умудрялся убраться настолько далеко, что девушка едва его видела.
Ветер, скорость, подначки Нуара и потрясающий вид на город сверху помогли. Маринетт всё ещё боялась идти на интервью и ощущала дрожь в коленях при мысли о том, что придётся что-то говорить Шамак, но уже не так остро. Нуар будет рядом, а значит всё нормально.
Ледибаг остановилась на одной из крыш и помахала Коту. Нуар, будто только этого и ждал, тотчас завершил их игру и прискакал обратно к напарнице. Он позволил взять себя за когтистые руки и улыбнулся в ответ на несмелую усмешку Ледибаг.
— Если у нас сегодня всё будет нормально, то я хотела бы провести время с тобой, — сказала она.
— Без проблем, миледи. Я буду молиться, чтобы всё прошло, как ты хочешь.
Ледибаг достала йо-йо и проверила время. Почти половина двенадцатого. Можно было идти в студию и сдаваться врагам.
Кот, поняв напарницу без слов, игриво подмигнул и направился в сторону телестудии. Ту было видно издалека: голубые стёкла высотки отражали яркое почти-полуденное солнце и играли бликами, когда кто-то из работников открывал окна. Для Ледибаг телестудия, в которой она была уже не один раз, казалась эшафотом.
Но делать в любом случае было нечего: Ледибаг ждала Надья, ждал Кот, ждал Париж и парижане. Так что Маринетт, собрав волю в кулак, поднесла ладони к лицу и мягко коснулась маски кончиками пальцев. Она героиня. Волшебная, чудесная Ледибаг. И она с этим справится.
Громада телебашни приближалась с каждой крышей. Она начала возвышаться над героями задолго до того, как те подобрались к ней, и это давило на Ледибаг. Нервозность она себе позволить не могла: слишком много было народу внизу. Все ждали героев.
Их с Котом заметили в тот момент, когда они практически подобрались ко входу и двум мрачным охранникам около него. Кто-то снизу крикнул, что Чудесные наверху, и собравшаяся толпа приветственно взревела.
Нуар оказался рядом с напарницей в считанные мгновения. Он аккуратно приобнял дёрнувшуюся Ледибаг за талию и широко улыбнулся. Маринетт же, сколько ни старалась, не могла расслабиться и только обеспокоенно хмурила брови.
— Ну же, миледи, смотри. Наши фанаты пришли нас поддержать.
— Или поглумиться на могиле нашей репутации, — мрачно не согласилась Ледибаг.
Кот укоризненно посмотрел на напарницу и чувствительно ущипнул девушку за бок.
— Прекрати пессимизировать, всё сомуршенно няурмально. Просто посмотри вниз.
Ледибаг послушно выполнила просьбу-приказ Нуара и посмотрела. Затем морщинка между её бровей разгладилась, а на губах появилась слабая, благодарная улыбка.
Толпа ревела и волновалась, как море. Людей было так много, что площадь и улочки вокруг телецентра оказались полностью заполнены; некоторые из фанатов сидели где попало, от лавочек и бордюров до фонарей и выступов на стенах. Автомобильное движение было полностью перекрыто, но это никого, казалось, не волновало. И даже полиция, которая должна была всё это безобразие разогнать, почему-то бездействовала. Только мелькали повсюду люди в форме, держащие транспаранты, плакаты или флажки расцветки Ледибаг.
От этого шума, волнения и разнообразия Маринетт едва не упала. Кот, как и всегда, был рядом и поддержал, так что подогнувшиеся коленки никто не заметил. Несмотря на то, что энергия толпы буквально сбивала Ледибаг с ног, она всё-таки устояла.
Кот обнял её, прижимая к себе боком ещё сильнее. Наклонился, щекотно фыркнул прямо в ухо и сказал:
— Видишь, Багги-Бу? Они пришли, чтобы поддержать тебя. Потому что городу нужен герой, несмотря ни на что.
— Но я же…
— Это обязанность героя. Делать сложный выбор. Ты не смотрела Мстителей?
— Я не люблю боевики. И ужастики тоже.
— Это не то и не другое, миледи. Это супергероика.
— Мне подобного и в жизни хватает.
Люди внизу синхронизировались и принялись кричать: Ле-ди-баг! Ле-ди-баг! Кто-то затопал ногами, и другие тотчас это подхватили. Улицы заполнились грохотом и криком, тоненько звенели стёкла, откликаясь на эту вакханалию. Ледибаг переглянулась с Котом и подняла руку со сжатым кулаком.
— Спасибо! — крикнула она изо всех сил.
Вслед за скандированием её героического имени пошёл свист, овации и ещё больше крика. Нуар некоторое время наблюдал за этим, но затем довольно фыркнул и прижал Ледибаг к себе совсем близко.
— Время, миледи.
Он оттолкнулся шестом от крыши и в несколько прыжков забрался на самый верх телестудии. Их перемещение провожали грустными взглядами два охранника: мужчинам наверняка было неуютно оставаться последней преградой между Чудесными и собравшейся толпой.
На крыше героев уже ждали. Шамак, вопреки обыкновению, решила снимать не внутри телестудии, а на свежем воздухе — и не прогадала. На высоте было тише, но всё равно отлично слышалось, как люди снизу скандируют имя Ледибаг, топают и кричат что-то ободряющее.
— Отличный фон для съёмок, не так ли? — вместо приветствия спросила Надья.
Её волосы были, как и всегда, элегантно растрёпаны, а одежда — идеально-чистой. Из кармана форменного пиджака выглядывала голова длинношеего динозавра — подарок от Манон матери, для удачных съёмок и горячих сенсаций. Шамак с игрушкой практически не расставалась на работе и даже дошла до акуманизации, когда потеряла длинношея.
Рядом с Котом и Ледибаг материализовались многочисленные помощники. Как и в прошлые разы, Маринетт крепили микрофон к хвостикам, — потому что с костюма техника буквально соскальзывала, — а Коту к бубенчику. Нуар источал волны обаяния и одаривал девушек замурчательными комплиментами, больше концентрируясь на внешнем виде и примечательных особенностях, нежели на чём-то личном.