Кот, несмотря на свою привычку флиртовать, никогда не делал личных комплиментов незнакомым людям. Всё самое сокровенное доставалось исключительно Ледибаг. Но вот те, кто не знал о такой особенности Нуара, считали того бабником и ловеласом.
— Готовность пять минут! — крикнул один из операторов.
Помощники заметались по крыше, как вспугнутые тараканы. Надья, королева этого хаоса, величественно проследовала к установленному посреди крыши креслу и уселась на него, как на трон. Напротив Шамак стоял диван — Чудесных всегда сажали вместе, хотя поначалу Ледибаг просила раздельные сидения.
Ледибаг и Кота усадили на диван, насильно придвинув друг к другу. Чудесные, несмотря на тёплые отношения, почти сразу же отодвинулись: при длительном соприкосновении костюмов те начинали намагничиваться и притягиваться друг к другу. Видимо, таким неудобным образом проявлялись чувства Тикки и Плагга.
Шамак тихо переговаривалась с кем-то, люди вокруг бегали туда-сюда, снизу толпа ободряюще шумела. Заграждения, установленные на крыше, защищали съёмочную группу от шума и ветра, но Ледибаг всё равно чувствовала неприятный холодок. Вероятно, это были нервы, а не сквозняк.
Кот взял свою леди за руки и ободряюще сжал пальцы. Ледибаг ткнулась Нуару в плечо и прикрыла глаза. Она ощущала на себе любопытные взгляды съёмочной группы, однако, к счастью, комментировать поведение Чудесных никто не стал.
— Готовность! — рявкнул оператор. — Десять! Девять! Восемь!..
Ледибаг высвободила руки и глубоко вздохнула. К тому моменту, когда счёт дошёл до трёх, она была почти безмятежна, а её разум горел так же, как во время боя с акумами. У неё просто не осталось места в голове для страха или паники.
Кот расслабленно откинулся на спинку дивана, запрокинув за неё руки. Ледибаг, напротив, сидела с идеально-прямой спиной, как всегда, и в упор смотрела на Надью. Сейчас Шамак для героини была сродни акуме: нужно выслушать и дать, что нужно, чтобы развеять злое колдовство и вернуть мир к привычному руслу.
Всё то время, пока Надья разговаривала со зрителями, Ледибаг молчала. Она не улыбалась, — нет причин для улыбок, на самом деле, — но и не хмурилась, хотя очень хотела. Руки у неё, сцепленные в замок, лежали на коленях. И ещё Ледибаг старалась не реагировать на Кота: тот закинул ногу на ногу и легонько покачивал верхней, привлекая внимание к обшитому металлом ботинку.
— Все мы знаем о печальном событии, произошедшем неделю назад, — вещала Надья, серьёзно смотря в объектив, — и о том, что пришлось пережить нашим героям. Ледибаг и Кот Нуар согласились на интервью, чтобы прояснить неясные детали и рассказать вам, парижане, что же случилось на самом деле.
Она коротко взглянула на браслет, отображающий полоску рейтингов. Напомаженные губы изогнулись в улыбке: у телевизоров, видимо, собралось очень много людей. Ну да, всем ведь интересны подробности, если дело касается чего-то гадкого, как убийство.
— Итак, Ледибаг, — Шамак переплела пальцы в замок и наклонилась вперёд, всем своим видом выражая заинтересованность. — Что же произошло? Расскажите нам всё.
Кот хмыкнул, и в кои-то веке Ледибаг была с ним согласна. Слишком много пафоса. Поза Шамак, её тон, подбор слов — всё это было игрой на публику для более высоких рейтингов.
— Ничего нового, — отозвалась Ледибаг, не двигаясь ни на миллиметр. — Нападение акумы.
— Но почему оно закончилось не так, как ранее? Остались разрушения, да и жертвы…
— Потому что я умерла во время боя.
Кот сжал челюсти и слегка мотнул головой. Не сильно, но заметно для улучшенного зрения Ледибаг.
Она не собиралась поднимать тему собственной смерти, если уж на то пошло, но почему-то сказала именно то, что сказала. Может, это были нервы, а может влияние Тикки и удачи. Иногда, — скорее часто, чем редко, — Маринетт говорила совсем не то, что собиралась. Квами считала, что это проявления сил Ледибаг и что сказанное непременно пойдёт героине на пользу.
Маринетт оставалось только верить.
Глаза Надьи загорелись: телеведущая ощутила сенсацию. Да какую! Ледибаг, героиня Парижа, умерла — подумать только!
— Однако вы сейчас здесь, с нашими телезрителями, — Шамак показательно провела рукой, обводя пространство вокруг. — Как же так?
— Не могу сказать ничего особенного, — пожала плечами Ледибаг, — произошло чудо?
— О, ну будьте же милосерднее! Всем интересно, каким образом можно остаться в живых после такого удара током. Конечно же, мы все знаем, что вы и Кот Нуар — супергерои с невероятными, чудесными силами, однако и про вашу непереносимость электричества мы также в курсе. Однако вот вы здесь, вполне целая и живая, без каких-либо признаков поражения током. Вы знали, что в последнюю неделю в больницы поступило распоряжение заводить отдельные досье на каждого, кто поступит с электрическим ожогом, вне зависимости от пола?
Маринет захлопала ресницами.
— Простите?
— Я так подозреваю, что вас решили подобным образом найти, — поделилась Шамак великой «тайной». — Были ли вы в больнице?
— Нет, мне это не требовалось.
— Но как же так? Вы же сами говорите, что умерли!
— И что мне, в морг идти? — огрызнулась Ледибаг.
После этого она прикусила щеку изнутри, а Нуар рядом зашёлся смехом. Ну да, Кот тот ещё шутник. Он просто обожал, когда его леди как-то юморит, а если шутка ещё и не слишком смешная… почему-то Нуара это радовало больше, чем подарки под рождественской ёлкой.
— Ну, морг — это всё-таки излишне, — нашлась Шамак, обворожительно улыбаясь. — Но вот я бы точно сходила хотя бы к терапевту.
— И получить особую медкарточку от мэрии? Нет, спасибо. Мне не нужны врачи, потому что я полностью здорова.
— И мы возвращаемся к предыдущему вопросу: как же так?
Ледибаг ещё сильнее сцепила пальцы, но на губах у неё играла мягкая, практически материнская улыбка. Поскольку она была уверена, что разговор о силах Чудесных непременно зайдёт, то подготовилась заранее. Всё равно Маринетт было нечего делать на протяжении нескольких ночей — так почему бы не добавить немного пафоса и интересностей?
Дело было в том, что после принятия Второго Шанса у Маринетт осталась духовная энергия. Что это такое, Тикки так и не смогла нормально объяснить. Единственное, что Маринетт всё-таки поняла, так это то, что подобная энергия была чем-то, отдалённо похожим на очки характеристик и умений в какой-нибудь игре. И у Маринетт эти очки всё ещё были.
Кот, например, потратил все «очки» на второй Катаклизм, а ведь мог бы выбрать и что-то другое. Ледибаг — на Второй Шанс, хотя Тикки, как она говорила ранее, хотела предложить подопечной другую способность. Вот только Второй Шанс требовал меньше энергии, чем Катаклизм, и кое-что у Маринетт осталось. И с этим она и работала.
Она выбрала способность минимально изменять костюм. Нет-нет, никаких жёстких хитиновых вставок, на которые Маринетт так рассчитывала — на них банально не хватило энергии. Никаких крыльев, о которых мечтала. И, естественно, никакого изменения внешнего вида, потому что откровенная облипка лучше всего подходила для сражения, даже если она ужасно смущала.
Вместо всего вышеперечисленного Ледибаг научилась двигать точки на своём костюме.
— Надья, это просто ещё одна моя способность. Мы с Котом достаточно сроднились с нашими силами, чтобы получить пару новых козырей для боя.
Маринетт положила два пальца на чёрную точку на груди и смахнула ту в сторону, как обычно смахивала ненужную интернет-вкладку на экране телефона. Пятнышко, получив направление, скользнуло в сторону, и стукнулось с другим, сбивая его. Вторая точка начала своё движение, задевая третью, четвёртую, пятую… вскоре по красному костюму хаотично перемещались и сталкивались друг с другом все чёрные пятна, что только на нём были. И только маска оставалась такой же неизменной, как и в начале этой вакханалии.
Бесполезное на первый взгляд умение на самом деле, по мнению Маринетт, обладало огромным потенциалом. По мельтешащей цели намного сложнее попасть. Перемещающиеся точки отвлекали внимание акум от боя — в теории, потому что с новым умением Ледибаг ещё ни разу не сражалась. И это просто было забавно. Ледибаг уже предвкушала, как Кот будет следить за точками на её костюме и, возможно, даже попытается поохотиться на них, как настоящий хищник.