– Да…
– Это ты ее ударил, да?
– Ударил? – он приостановился. – Ну, может, и ударил… она заслужила…
– Заслужила?!
Он так торопился и был так невнимателен, что пропустил первый удар, от которого едва не оглох на левое ухо. Откачнулся, тряся головой; перехватил летящий ему в нос кулак. Завернул руку Гэвина за спину, блокировал вторую, прижав извивавшегося мальчишку к себе. Прошипел ему в ухо:
– Ты что, рехнулся?
Краем глаза увидел глазевших на них людей: никто не вмешается, это дела оборотней…
– Как ты смел… как ты мог… пусти меня!
Да он же ничего не знает! Для него все просто и понятно: Бэрин избил девушку и теперь гонится за ней, чтобы… чтобы что? Что она наврала парню?
– Что она тебе сказала? Где она? Куда побежала?
Гэв зарычал, напрягся, пытаясь вывернуться у него из рук.
– Ничего…
– Ничего?
– Ничего не скажу!
– Мальчики, вы что, с ума сошли? – к ним спешила озабоченная Берта. – Ну-ка прекратите немедленно!
– Где она? – безнадежно спросил Бэрин. Парень разразился ругательствами, из которых самым приличным было «собачья блевотина». Бэрин оттолкнул его, одновременно срываясь с места. Краем глаза видел озабоченные лица людей, протянутую руку Берты, падающего Гэва – все смазанное, мгновенно оставшееся позади.
Дорога в село? Нет. Влево, в холмы? Нет. К реке?
К реке!
Он понесся к берегу. Не решила же она спрятаться в речных пещерах? Те полузатоплены, да и найти ее там в два нюха…
Она не собиралась прятаться.
Она стояла на берегу и смотрела вниз – что-то в ее спине, в самой позе подсказывало, что не надо ни окликать, ни пугать ее сейчас… Неужели она собралась?.. Бэрин перешел на шаг, потом и вовсе на медленное мягкое подкрадывание…
– Лисса!
Проклятый Гэв! Шустрый, стремительный… упрямый щенок! Догнал, глядит настороженно то на повернувшуюся девушку, то на него – собирается с силами для новой драки. Защитничек…
Лисса стояла теперь лицом к ним, спиной к Обсидиану. Опасно стояла, на самом краю. Ее рыжие растрепавшиеся волосы казались просто огненными на фоне черной реки и темного леса на том берегу.
– Бэрин. Прости. Я не… я правда не хотела причинять тебе вред… сейчас…
– С Интой все в порядке! – быстро сказал он, прикидывая, сможет ли перекрыть разделявшее их расстояние одним прыжком. Почувствовал, как напряглось плечо Гэвина – то ли парень подумал о том же, то ли, наоборот, собирался ему помешать.
– Я знаю. Я не сделала ничего плохого… больше, – сообщила Лисса. – Не успела.
Гэв вдруг выдохнул – точно сдулся. А, начал кое-что и кое-как понимать!
– И хорошо, – сказал Бэрин, чуть сдвигаясь вперед. – Хорошо, что ничего плохого не сделала. Значит, и мы не сделаем тебе ничего плохого… Скажи, Лисса, ты колдовала сама? Кто-то тебя подучил? И где твой брат? Или ты его выдумала?
Странная улыбка. Он не сразу сообразил, почему странная. Да просто она раньше не улыбалась! Никогда. Очень непривычно. И ей, кажется, тоже – слабая улыбка померцала, подрожала на ее лице – и пропала.
– Так ты не понял? – спросила вроде бы с удивлением. – Мой брат – там.
Махнула рукой себе за спину.
– Ты имеешь в виду – на том берегу?
– Да. За границей.
Они с Гэвом переглянулись.
– И… ты, Лисса? Ты тоже оттуда?
– Да, – сказала она просто.
– Но это… но как же… это же не…
Какое счастье, что здесь Гэвин – иначе бы он сам лепетал сейчас нечто подобное! Парень передал их общие чувства, поэтому на его долю осталось лишь:
– Как это у тебя получилось? Ведь граница не пропускает Зверей и людей?
Лисса переступила босыми ногами – неужели так и бежала босиком? Нет, вон ее сброшенные сапожки… Снова дрожащая улыбка:
– А кто тебе сказала, что я человек?
Ошарашенный, он среагировал не так быстро, как всего несколько минут назад: Лисса то ли оступилась, то ли сознательно отшатнулась назад и стала падать, по-прежнему прижимая к груди руки.
Обсидиан с удовольствием принял подарок. Кинувшийся к обрыву Гэв крутил головой:
– Где? Где она?!
Бэрин быстро пошел вниз по течению, не сводя глаз с темной, стремительной, кружащейся воды. Отпусти ее, отпусти ее, помоги ей, поддержи ее. Отпусти, поддержи, дай ей жить. Отпусти…
– Вот!
Он и сам увидел: почти посередине реки вынырнула голова, облепленная потемневшими спутанными волосами, и двинулась к тому берегу. Там, где плыла Лисса, образовалась перемычка, состоящая из почти неподвижной воды – точно поперек течения протянули узкое полотнище. Девчонка выбрела на берег, спотыкаясь и пошатываясь; цепляясь за ветки кустарника, добралась до зарослей и скрылась в лесу. Даже не оглянулась на них ни разу.