Темные глубины, пристально смотрящих на меня, глаз словно затягивали в водоворот, практически поглощая меня. Сфера, висевшая над моей головой как никогда лучше освещала благородное мужское лицо, отражалась в омутах бездонных глаз, оставляла блики на чуть растрепавшихся, но все равно идеальных темно шоколадных завитках кудрей, отражалась на полированнной металлической поверхности пуговиц черной атласной рубашки, расстегнутой до середины груди. И запах, уже достаточно знакомый, видимо не раз ощущавшийся мной, но не настолько сильно и близко, как в этот раз, мужской, с нотками хвои и морского бриза, и с таким обилием кислорода, что у меня закружилась голова еще больше, а лицо ректора поплыло перед глазами. Я затаила дыхание, не желая более ощущать на себе действие этого головокружительного мужского аромата, и постаралась сфокусировать взгляд, цепляясь за четкие, выгровированные из гранита, черты лица лорда, наблюдая, как его внимательный взгляд опускается ниже, рассматривая мой нос и останавливаясь на губах. Мне отчаянно захотелось прикусить губы, которые, кажется, зудели от такого пристального внимания, но, помня прошлую реакцию мужчины на такое действие, я сдержалась, вдруг осознав, что уже не дышу секунд десять и судорожно разомкнула губы, втягивая ртом воздух. Мужчина прищурился и провел взглядом дорожку обратно к моим глазам, чтобы нахмурить брови и задать самый странный и неожиданный вопрос: