Где находилась ванная комната, я понятия не имела. Световые сферы считали меня чем-то вроде передвигающегося предмета интерьера, поэтому загораться и помогать мне в поисках столь желанного места не собирались. Примерно представив места нахождения детской, столовой и кабинета ректора я пыталась теоретически исключить их из основной схемы планировки комнат и практически вычислить ванную комнату. Как ни удивительно, со второй попытки мне таки удалось попасть к раковине и душу, которые я узнала скорее наощупь, чем смогла увидеть в темноте. Надо разобраться как работают эти чертовые шарики, ибо тыкаться как слепой котенок в темное время суток мне уже надоело.
Обнаружив в шкафу стопку чистых полотенец, я с облегчением выдохнула и принялась за дело. Я думаю ректор не обиднеет, если я немного воспользуюсь его вкуснопахнущими гелями, потому что с мелкими камушками и песком в волосах одна вода не справится. Надо ли говорить, что выйдя из душа я почувствовала себя практически новым человеком!
Единственный минус - одевать на еще влажную и разгоряченную кожу свое уже немного не свежее платье совершенно не хотелось. К тому же одеваться, чтобы через пару минут снова раздеваться было еще более лень. Я обмоталась махровым полотенцем, которое прикрывало мое тело от груди до пятой точки и решила, что вполне смогу безопасно добраться до своей комнаты. Прихватив платье, белье и туфли в одну руку и придерживая угол полотенца на груди другой рукой я тихонько выглянула в ночной коридор, проверяя все ли чисто. Правая половина коридора освещалась моей вечной помощницей, орошавшей лунным светом узкую дорожку на паркете. По-моему я пришла как раз оттуда.
Стараясь бесшумно двигаться босиком по прохладному паркету, я, словно привидение в освещаемом лунным светом белоснежном полотенце, направлялась к концу коридора, заранее решая, какую дверь я начну проверять первой в поисках своей спальни. Постоянно оборачиваясь назад и вглядываясь в темноту ночного коридора, я пришла к выводу, что ощущаю больше страха, двигаясь в ректорском доме, чем по пустынным витиеватым коридорам академии в ночное время суток. И, не смотря на то, что здесь, казалось бы, мне некого и нечего бояться, ведь как выразился ректор - это "самое безопасное место в этом мире"- страх встретить вполне мне уже известного ректора был выше, нежели неизвестность академических коридорных помещений. Ммда, уже на какой то психоз смахивает.
Плечи уже немного озябли и я мечтала закутаться в чистоту и тепло постельного белья, как вдруг услышала характерный звук открывающейся двери и не на шутку испугалась. Будучи вся в своих мыслях и испуге я не сообразила изначально с какой стороны это прозвучало и начала отчаянно крутить головой в поисках таких нежеланных встречных.
Тёмная фигура приближалась ко мне так стремительно, что семеня на всех порах к окну и только заканчивая высматривать неизвестную но вполне препологаемую личность в темной части коридора я совершенно не ожидала подвоха с лунной освещенной стороны, ведь пару секунд назад там никого не было, а потому просто не успела затормозить. Столкновение было фееричным, включающее в себя мое подскальзывание на паркете и активные попытки поймать равновесие, размахивая руками словно журавль в небе крыльями. Инстинкты, чтоб их! Ну почему тело прежде делает, чем думает? Почему в попытке не упасть я бросила все на свете, включая не только мои туфли, но и полотенце, которое придерживала на груди? И как я еще успела подавить крик, не желая испугать ребенка?
Сильные гарячие руки подхватили меня в полете, предотвращая столкновение носа с паркетом и сомкнулись мощным обручем на моей талии, прижимая уже практически отправившийся в полет уголок полотенца.
Мы находились друг к другу ближе, чем на расстоянии вытянутых рук, и я практически ощущала дыхание мужчины на своем лице, всматриваясь в его поблескивающие в ночи глаза как в две глубоководные впадины и пытаясь понять его отношение к данному происшествию.
Весь казус ситуации был еще и в том, что стоящий спиной к лунному свету спереди мужчина оставался в тени, но вот я вместе со всеми своими мокрыми волосами, голыми плечами и белоснежным донельзя коротким да еще и чужим полотенцем освещалась с ног до головы, купаясь в предательском лунном свете так меня подставившей ночной сорательницы.
Несколько секунд ничего не происходило. Я так и оставалась висеть в мощном кольце ладоней мужчины, касаясь пола лишь носочками стоп и держать руки широко раставленными, судорожно сжимая пальцами платье и белье, которые не успела выронить в полете.
Я боялась шевельнуться, да что там, я и дышать боялась, опасаясь, что расширение грудной клетки на вдохе, мое, держащееся на честном слове, полотенце просто не выдержит, ведь прижималось оно мужчиной только в районе талии, и чудом просто оставалось на груди. Какой позор.
Секунды текли, голова кружилась от нехватки воздуха, талия горела от жара мужских ладоней, но ничего не происходило. А мурашки, рождающиеся прикосновением ко мне мужского дыхания, медленно, но верно расходились от лица и шеи по всему телу. Мужчина просто выжидательно смотрел на меня, все так же продолжая удерживать на весу, а я не понимала чего он ждет от меня и чего он хочет.
Его взляд блуждал по моему лицу и шеи, не выходя за пределы ключиц, словно специально не желая пересекать эту условно неприличную линию. Решив, что этот цирк пора прекращать, я прикусила губу от неловкости и засеменила ногами, тщетно пытаясь встать на полную стопу и намекнуть мужчине, что меня пора отпускать. Задержавшись взглядом на моих губах, ректор провел зрительную дорожку вниз вплоть до моей руки, крепко сжимающей края полотенца на груди и, видимо, лишь убедившись в том, что его услуги держателя для полотенец больше не требуются, аккуратно опустил меня на пол, освобождая от жара своих рук, но не отступая назад, так и продолжая преграждать мне дорогу.
-Простите..- промямлив срывающимся голосом извинение, я опустила голову вниз и, оббежав ректора, пустилась на утек. Фиг с ними, с теми туфлями, завтра найду. Поскорее бы спрятаться уже от этого позора!
Вот только я наотрез не помнила, какая из дверей ведет в мою комнату, поэтому мысленно скрестив пальцы и пожелав себе удачи, я ворвалась в первую, показавшуюся мне подходящей, дверь, которая к моему огромному облегчению оказалась открытой.
Фуух. Темнота комнаты встретила меня мало узнаваемыми образами, но в общих чертах знакомая планировка привела меня к мысли, что я правильно угадала. Сердце бешено колотилось уже где-то в ушах, щеки и стопы горели, и я уже успела сделать несколько шагов к кровати, как вдруг дверь за моей спиной тихо открылась, а мощные шаги заполонили пространство за моей спиной, давая понять, что ничего еще не закончилось.
Черт!