— Привет, Метатрон! Как сам? — Кроули изо всех сил старался звучать уверенно: — Знаешь, я тут мимо проходил, дай, думаю, зайду. Обсудим пару моментов.
— Демон Кроули? Как ты сюда попал? Чем обязан?
Кроули решил держать темп.
— Помнишь меня, славно. Давай сразу к делу: что вы сделали с Азирафаэлем? Или со мной, если уж на то пошло.
— Мы с ним не делали ничего. Тебя мы лишили памяти о нём. Уходи.
Это не был ответ на вопрос. Ангелы не могут врать, это не заложено в их природе. Кроули знал только одного ангельского лгунишку, но он лично заботился о его воспитании в этой сфере.
— Переформулирую вопрос. Что Ад сделал с Азирафаэлем?
— Я не обязан вообще ничего тебе отвечать. Ты понимаешь, что мне достаточно одного благословения, чтобы тебя здесь больше не было? Чтобы тебя вообще нигде не было.
Метатрон ничего не предпринимал, но от него ярче запахло угрозой. Кроули достал из внутреннего кармана зажигалку, щёлкнул кремнем, зажигая огонёк хорошо узнаваемого адского пламени, и ответил:
— А ты понимаешь, что мне достаточно уронить эту зажигалку, чтобы Рая больше не было? Давай говорить по-хорошему. Я пришёл с миром и намерен так же мирно уйти. Подыграй мне. Я просто хочу ответов на вопросы. Итак?..
— Азирафаэль наказан. У него была одна задача: вести человечество к Вратам Рая в ожидании Армагеддона. И он с ней не справился.
— Оооооо. Он справлялся с этой задачей лучше, чем все ангелы, лучше, чем кто-либо в этой Вселенной. Он даже меня почти сбил с толку, но я слишком силён духом. За что его наказывать? Да, мы не позволили произойти непосредственно Армагеддону, но со своей задачей Азирафаэль справился отлично.
— Возможно. Но он был наказан также за дружбу с тобой. Это противно ангельской природе и должно было быть пресечено. Ад отделил его от твоего дурного влияния, а тебя — от его.
— Дружба… Это далёкое прошлое. Он любит меня. И я люблю его. Я бы Пал ради него ещё раз. На самом деле, я бы Пал столько раз, сколько было бы нужно, чтобы только Азирафаэль был целым и невредимым.
Метатрон мгновение выглядел потрясённым, но затем весь помрачнел. Кроули огляделся вокруг и почти прокричал:
— Эй! Ты слышишь? Ты вообще ещё с нами после всех этих лет?
Метатрон усмехнулся:
— Конечно, Бог с нами. Просто Он не хочет говорить лично с тобой. У тебя ещё остались вопросы? Может, ты уже уйдёшь?
— Я хочу вернуть Азирафаэля. Что мне сделать для этого?
— Ты можешь Пасть ещё раз, — ответил Метатрон, и Кроули совершенно не понравилась его кривая улыбка.
— Могу, но ведь это не поможет. Конкретные шаги к возвращению моего ангела, будь добр, — демон помахал зажигалкой, более явно напоминая о своей угрозе.
— Ты можешь призвать его.
— Мы думали об этом, но ангел может пострадать, а я этого не хочу.
— Даже так? Вы держите связь… Тогда можете просто дальше поддерживать связь, как бы вы это ни делали. До начала предполагаемого Армагеддона осталось пять лет, а потом вам обоим будет не до того.
— Нет, так не пойдёт. Я хочу быть с ним. По-настоящему. Мы оба этого заслуживаем, — Кроули начинал действительно злиться. — Знаешь, мне надоело. Давай так: или ты делаешь что-нибудь, или я сжигаю тут всё нахер секунды через 3. Если ты думаешь со мной что-то делать, то я всё равно позабочусь о том, чтобы тут всё спалить.
Губы Метатрона сжались в тонкую линию. Будь его взгляд чуть напряжённее, Кроули бы, наверное, разрезало на несколько частей. Глас Божий поднял трубку бордового телефона без кнопок и уже через мгновение произнёс:
— Это я. Здесь твой сотрудник Кроули. Откати состояние ангела. Срочно. Потом обсудим.
И трубка снова легла на рычаги.
— Уходи и дальше разбирайся сам.
========== -Расставание- ==========
Лиза всё не могла прийти в себя, сидя в не слишком удобном кресле в палате. Энтони погрузили в сон. Боже, как это глупо звучит со стороны: отправлять в сон человека, который наглотался снотворного, чтобы умереть. С другой стороны, Тони очнулся в перевозбуждённом состоянии, а так он будет в безопасности, отгороженный от самого себя. Зачем он это сделал? Тони не казался депрессивным, не проявлял признаков беспокойства, не тревожился, дела в магазине шли в гору, у них всё было практически чудесно. Разве что, это было её давление на него в последние дни… Тони всегда был довольно замкнутым и не часто рассказывал о своём прошлом и о своих мыслях. Вероятно, ему было бы действительно некомфортно жить хоть с кем-то, а она зачем-то начала его тормошить и торопить. Ведь её всё, в целом, устраивало, просто ощущалось что-то немного (она сама не могла понять, что именно) неправильное в их отношениях. Неужели её предложение настолько выбило Тони из колеи?
— Ты ни в чём не виновата, Лиза, — прозвучал голос сбоку, от входа в палату.
В дверях стоял мрачноватого, но приятного вида мужчина. Стройный, высокий, возраст примерно как у Энтони, правильные черты лица, тёмные волосы, высокие скулы, стильная чёрная одежда. Лиза не могла его вспомнить.
— Кто Вы? Мы где-то встречались?
— Можешь звать меня Кроули. Азирафаэль о тебе рассказывал.
— Ази-кто?
Кроули кивнул на кровать со спящим пациентом:
— Как он тебе представился?
— Энтони. Почему Вы назвали его по-другому?
— Энтони… — мужчина усмехнулся. — Мило. Долгая история. Тебе будет лучше уйти и забыть о нём. Ты молода и красива, найдёшь себе кого получше.
— Тони тоже сказал что-то в этом роде… — Лизе не слишком нравился этот “Кроули”, но ей хотелось выговориться. В конце концов, вероятнее всего, она больше не встретит этого незнакомца, а он не встретит её.
— Ну и почему ты его не послушалась? Он мудрый старый человек, ему можно верить.
— Я люблю его. Не могу просто так отпустить. И он говорил, что любит меня.
— Ох, Лиза, ты не поверишь, но у меня ровно такая же с ним история, — мужчина мягко улыбнулся. — Мы любим друг друга. Я пришёл, чтобы помочь ему.
— Это чушь. Он никогда не говорил о Вас. Вообще даже близко не упоминал.
— Так вышло. Давай разбудим его и посмотрим, что он скажет? Тебе может стать полегче после этого.
— Так нельзя. Врачи ведь не просто так погрузили его в сон!
— О, мы им ничего не скажем, дорогая моя.
Кроули подошёл к её Энтони и медленно провёл рукой вдоль всего тела. Тот немного встрепенулся и открыл глаза. Как только его взгляд сфокусировался, он сразу же сел в кровати, поймал руку Кроули и всю её покрыл поцелуями. Сам мужчина в чёрном опустился на одно колено возле кровати, чтобы быть ближе.
— Дорогой мой, — выдохнул Азирафаэль: — я думал, что меня просто вырубили без сновидений, но, видимо, это не так. Как я рад тебя видеть.
— Вообще, это не так, родной. Ты не спишь. Боюсь, нам сейчас нужно будет кое-что объяснить твоей девушке.
В этот момент Азирафаэль обратил внимание, что поражённая Лиза находится в палате.
— Кроули, ну за что ты так с ней! Вредитель! Лиза, милая, подойди ближе, пожалуйста.
Женщина подошла, и Кроули встал и подвинулся, освобождая ей место у кровати, но не отпуская руку её Энтони.
— Прости меня, пожалуйста, за то, что я изначально тебя в это вовлёк. За то, что отнял три года твоей жизни, хотя изначально знал, что это ни к чему не приведёт. Ты забудешь об этом всём, но сейчас я действительно должен перед тобой извиниться. Ты выйдешь из палаты, и продолжишь свою жизнь. У тебя всё будет хорошо.
Азирафаэль благословил женщину, и она покинула больницу, с каждым шагом забывая детали последних трёх дней. Лиза чувствовала необычайную лёгкость на душе: она сбежала из токсичных отношений и теперь могла счастливо жить дальше.