Слава шел домой пешком. "Ну да, именно, будем чинить кран. Это приведет мысли в порядок."
Часть 5
Часть V
Лера
Конечно, он ничего не знал и не мог знать о том, что Лера брала и снова откладывала телефон. Что она начинала писать сообщение и стирала.
…
Большая черная машина забрала финдиректора от проходной и повезла в тот самый коттеджный поселок, мимо которого Лера проезжала со Славой только в субботу.
"Ты едешь со мной," — сказал отец. Спорить с ним было бесполезно. "Побаловалась самостоятельностью и хватит." Значит, еще не знает.
Она смотрела в темноту за окном, краем уха слыша, как отец говорит по телефону. Ей нужно было все обдумать. Почему она согласилась? Лера прислушалась к себе и не почувствовала никакого отторжения или сожалений.
— Значит вот так ты бережешь мою репутацию?
Оказывается Дмитрий Андреевич уже убрал телефон и некоторое время наблюдал за дочерью.
"Значит, все-таки знает." Что ж, тем лучше.
— Разве речь не о моей репутации? И я не делала ничего предосудительного, — она уже начинала невольно оправдываться.
— Ничего, конечно, кроме того, что обнималась с каким-то проходимцем на глазах у людей.
— Пап, он не проходимец, а сталевар. Между прочим на твоем заводе. И я не обнималась. Совершенно непонятно, как это может повлиять на тебя.
— А так, что ты здесь несколько дней, а уже решила позорить отца распущенностью.
Лера с удивлением взглянула на него.
— Давно тебя интересует мой моральный облик? Дома я подобных претензий не слышала.
— Железогорск не "дома". Тут слухи разносятся со скоростью молнии. Как люди будут мне доверять, если я не в состоянии контролировать собственную дочь?
— Не нужно меня контролировать, — тоном далеким от понятий покорной дочери заметила Лера. — Думаешь, я не знаю с чьей подачи меня познакомили с Денисом? Не знаю ваших с мамой "далеко идущих" планов породниться с его семьей, чтобы тебя протолкнули в депутатское кресло?
— Забываешься, дочь, — холодно улыбаясь, ответил мужчина. Машина затормозила у кованых ворот. — Поговорим об этом позже.
На ужине у мэра были еще какие-то люди. Лера знакомилась и улыбалась, замечая на себе пристальные взгляды дам железногорской "элиты". Хозяйка большого помпезного дома, женщина с пышными ресницами, кудрями и бюстом, в дорогом, но безвкусном платье пыталась расспрашивать Леру о "заграницах", рассуждая с высокомерной наивностью.
Это были "полезные люди" в классификации Дмитрия Андреевича Серова, финансового директора Железогорского металлургического комбината. И, хотя он занимал эту должность всего около года, уже успел довольно близко сойтись с местной верхушкой. Это был один из его талантов — быстро сходиться с людьми. "Влезать под шкуру", — говорил он, — "а там уже видно, где и за что дергать."
Лера испытывала отвращение к этому принципу, но не могла не восхищаться тем, как ловко отец оперирует словами, и вот вся аудитория уже слушает его, открыв рты.
Она стояла возле отца и рассеянно прислушивалась к разговору.
— … Еще б чуток нормы подтянуть и мы бы могли потягаться по показателям выручки с НН*, — говорил финдир мэру.
— Еще б чуток проявить заботу о работниках, а там может и нормы бы подтянулись, — ни к кому не обращаясь, тихо произнесла Лера и внезапно привлекла к себе внимание.
— О, юная социалистка сейчас нас научит, — улыбнулся отец, но глаза его остались жесткими.
— Нет-нет, Дмитрий Андреич, — живо откликнулся мэр. — Очень интересно мнение молодежи. Так что Вы имеете в виду, Валерия Дмитриевна?
Отступать было поздно и Лера подумала о том, о чем они говорили с Вячеславом.
— Поднять общий культурный уровень и уровень образования. Заасфальтировать тротуары. Вкрутить лампочки в фонари.
Мэр натянуто улыбнулся.
— Не говори глупостей, — перебил ее отец, — на это можно без толку убить десятилетия. Впустую потратить время и деньги. А они, те люди в городе, засунут все твои усилия в… вместе с лампочками.
— Ох, — жена мэра попробовала смягчить неожиданный конфликт, — но ведь мы работаем с людьми. У нас и Пушкинский день в школах есть, и другие культурные мероприятия. И театр отремонтируем…
— Не стоит оправдываться. Простим юной девушке некоторую наивность. Лере легко рассуждать, потому что быть социалистом вдали от простых людей тоже легко. Сидеть в красивых кабинетах, ходить по красивым улицам европейских городов… Сама бы ты тут осталась? — деланно благодушно обратился к ней отец. — Поднимать культурный уровень?