— Правление Ивана Грозного? Почему нет? И про твоих родителей. И про то как ты проводил летние каникулы. И про то как учился водить машину. И… Я тебе кое-что должна.
Лера посмотрела на Славу спокойно и выжидательно.
— Скромный поцелуй для скромного сталевара. А уж расставить очередность событий ты должен сам.
— Про Грозного Янкель хорошо сказал. Знаю только, что он кошек в окно швырял, а больше не запомнил.
Слава встретил взгляд Леры.
— Я выбираю скромный поцелуй до долгого монолога. Мир штука странная, и если, пока я говорю, кто-то приедет и начнёт тебе мешать сделать это — я себя не прощу. А потом я могу говорить хоть до утра. Или до самолёта. Или даже в самолёте.
Он встал рядом с Лерой, совсем рядом. Так близко, что можно услышать стук сердца отбивающего ритм. Очевидно что-то из “Коррозии металла”. Она положила руки ему на плечи.
— До утра? — она насмешливо подняла брови. — Я запомню…
— Ты не можешь поехать со мной. Вернее я не могу требовать от тебя таких жертв.
Они сидели в машине и ее руки прятались в его. После обеда прошло уже два часа и Лере было совершенно необходимо появиться на заводе.
— У тебя любимая работа. И как бы я ни была хороша, — Лера улыбнулась, — нечестно устраивать тебе неприятности. Надеюсь, что их не будет.
— Не могу. Но не поэтому. Нельзя отвлекать тебя от дел. Которых у тебя, подозреваю, много. И ведь в Антарктике нет заводов. И не будет никогда, пока действует конвенция, какая там, я забыл. Неважно. Но мы примем решение коллегиально. Вдруг ты не захочешь быть женой полярника или менеджера, а именно вот конкретно сталевар тебя радует. Завтра я выходной. Тебя отвезти в аэропорт, или ты летишь с отцом, и тебя везёт водитель?
— Нет, он остается здесь. В понедельник приедет ваш гендиректор. В общем… важные дела важных дяденек. Хорошо, что мы не они.
Она нахмурилась.
— До *инска три часа. А у тебя… ночная смена? Нужно выехать примерно в девять утра. Командировочное и отзыв мне подпишут уже сегодня. Три часа, Слава, туда и три обратно.
Она забрала руку и погладила его по щеке.
— Я очень хочу, чтобы ты меня отвез. Но время… И если ночная, то ты без сна…
— Завтра не ночная. Сегодня отсыпной, завтра выходной, послезавтра в день. Так я буду три часа ехать с тобой, три часа просто ехать. А если не повезу — буду сидеть дома и ворчать на себя за то, что не поехал. А ворчать на меня можешь только ты, разве не так? Я заеду в посёлок.
Лера
Дмитрий Андреевич смотрел на дочь со смешанными чувствами растерянности и злости.
С одной стороны Лера проявила железное упрямство. "Меня отвезет Вячеслав, — сказала она, методично пакуя вещи. — Я позвоню, когда доберемся. Нет, пап, я не предаю твои интересы, просто немного думаю о своих. Это не женские капризы. Ты же меня знаешь."
С другой стороны он чувствовал в ней породу и немного гордился тем, что она может настоять на своем. Конечно, он знал ее.
— Я поправил твои записи.
Пусть дочь делает, что хочет. Ничего критичного еще не произошло.
— Спасибо, — она поцеловала его в гладко выбритую душистую щеку.
…
Они стояли около ворот, где Серова уже ждал водитель.
— Я хочу на него посмотреть. Я должен знать, с кем тебя отпускаю. Еще не поздно передумать и Володя может…
— Нет. Тем более вот и моя карета, — Лера показала на подъезжающую “Ниву”.
Вячеслав утром потратил уйму времени на очистку стекол от мокрого снега. "Днём не должно подморозить. Не хватало только отвезти принцессу в кювет…"
Он остановился у ворот, вышел и впал в секундное замешательство, заметив Серова. "А вот и большой босс. Не, а чего ты ожидал, рано или поздно вы бы познакомились. Не школьник. Посмотрим, что скажет суровый отец. Что бы ты сказал? Что это за глупый выбор, дочь?"
Он двинулся к Лере.
— Привет! — улыбнулась девушка. — Раз уж представился удобный случай, знакомьтесь. Папа, это Вячеслав. Вячеслав это мой отец, Дмитрий Андреевич.
Серов демонстративно посмотрел на номер, следил за тем как Вячеслав выбирается из машины, обходит ее и делает несколько шагов навстречу.