- Конечно, разве я могу пропустить явление Эдвина паладинам Аменхота, - рассмеялась темная.
***
Таверна "Ласковый гоблин", в которой, как уже знал Эдвин, остановилась Галатея с друзьями, располагалась в аристократической части города. "Раньше Гала выбирала себе жилье попроще", - подумалось магу. "А еще, она не отличалась саркастичностью". К тому же волшебнику начало казаться, что Галатея согласилась подозрительно быстро. Она даже не спросила, какой именно артефакт он якобы ищет. Может, это был только первый пробный раунд, а настоящий разговор ещё предстоит? Или его кандидатуру в качестве помощника выставят на суд паладинов? От подобных мыслей первоначально радужное настроение мага постепенно улетучилось. Противный холодный дождь, который так и не кончился, так же этому способствовал.
Спутницы мага выглядели мрачными и задумчивыми. За всю дорогу Галатея не проронила ни слова. Как ни странно, Викшара тоже молчала. И только равномерный стук капель по каменной мостовой немного разбавлял тишину, окружившую человека и двух эльфиек. Эдвин хотел завязать разговор, но не знал с чего начать. Просто спросить: "Как у тебя дела?" - банально. "Мы давно не виделись, расскажи, чем занималась это время?" - То же самое, но другими словами. "Я безумно сожалею, что ушел тогда...", - маг боялся произнести эти слова. Вдруг, Гала ответит: "А я рада, что ты ушел". Или ещё хуже: "Я знаю, что ты собирался сделать в ту ночь". Хотя, сложно сказать, что хуже...
Так в молчании они и дошли до "Ласкового гоблина". Таверна вопреки своему шутливому названию оказалась действительно шикарной. Во-первых, она была четырехэтажной, должно быть каждый гость занимал апартаменты из нескольких комнат. Во-вторых, на первом этаже располагался каминный зал. Посидеть у горячего камина после промозглой улицы показалось магу прекрасной идеей. Ну а в-третьих, тут имелась ресторация, и даже у привередливого Эдвина язык не повернулся назвать этот богато обставленный зал - трактиром. Помнится, Викшара ещё и повара местного хвалила. "Переезжаю!" - решил волшебник, быстро осмотрев все это великолепие, пока Гала звала друзей.
Вскоре вся компания собралась у камина, как и хотелось волшебнику. Оказалось, кроме двух паладинов (пожилого и совсем молодого) расследованием занимается типичный варвар из Ридских степей. Огромный, мускулистый, загорелый детина, будто срисованный из иллюстрированного географического атласа. По краям его головы были выбриты какие-то непонятные узоры, остальные волосы, как ни странно светлые, собраны в хвост.
- Это ещё кто? - тихо спросил у Викшары волшебник, пока все рассаживались.
- Новый друг Галатеи, можно сказать, её личный охранник. - Шепнула в ответ темная, сделав многозначительную паузу перед последним словом.
Эдвин чуть не задохнулся от ревности. "Неужели Гала и этот...? Нет! Не может быть!" Поняв, что все ещё таращится на странного светловолосого и голубоглазого варвара, волшебник отвернулся и уселся в кресло рядом с Вики.
Как оказалось - очень вовремя, остальные уже расположились. И Галатея, кивнув в сторону волшебника, сухо и официально его представила:
- Это Эдвин, маг из Дарри, о котором говорила Викшара. Он поможет нам с расследованием.
Не успел Эдвин обрадоваться, что решение об его участии все-таки окончательно принято, как пресловутый варвар резко вскочил со своего кресла. Бешено вращая глазами, он бросился на волшебника с криком:
- Проклятый дарриец! Убийца! Я отомщу тебе за Сиднару!
Маг машинально отпрыгнул в сторону и возмущенно заорал в ответ:
- Гала! Я не трогал никаких Сиднаров! Впервые слышу это слово! Угомони, пожалуйста, этого ненормального! Или мне придется его испепелить.
Молодой паладин схватил одной рукой варвара за локоть, другой рукой приобнял его за плечи и стал что-то шептать на ухо, успокаивая, Викшара, как-то неприятно хмыкнула, словно найдя подтверждение очередным своим мыслям. Но Эдди, в первую очередь, обратил внимание на реакцию Галатеи. Эльфийка тоже вскочила, и, будто загораживая собой Эдвина резко произнесла:
- Рорк! Это был не он!
Варвар недовольно буркнул, освободился от своего опекуна, стряхнув молодого паладина буквально одним движением плеча, и замер на месте, но в глазах его все ещё полыхала ярость, а костяшки сжатых кулаков побелели от напряжения.
- Давайте встретимся через два часа. - Предложила Галатея, и, положив руку Рорку на локоть, принялась что-то тихо ему говорить. Варвар согласно кивнул, и они направились к лестнице на второй этаж. Вместе с ними, шепнув что-то Галатее, пошла и Викшара, к несказанной радости Эдвина. Ему совершенно не хотелось, чтобы Гала оставалась наедине с этим сумасшедшим.
Оставшиеся внизу паладины коротко представились. Оказалось, седоволосого зовут Дисимад Мадомир, что означало Истину творящий, - тут же перевел Эдвин с древнехьендкого языка. Его, как и многие другие живые и мертвые языки и наречия волшебник изучал в Академии. А уже со слов Дикки волшебник знал, что люди, подобные Дисимаду проводят ритуал на крови, отрекаясь от всего, в том числе и от имени и самого себя, свято веря, что сам Бог - Артуранис - направит их на правое дело. Ну а Капитул получает денежки этих фанатиков в своё распоряжение. Недаром они берет к себе только обеспеченных аристократов. Правда, Дикки обмолвился, что эти безумцы получают некую особую силу... и не стоит их недооценивать. Правда, какую именно, полуэльф так и не объяснил. "Да и что могут уметь эти котелки на ножках? Разве что на недоучек антимагическое лассо метко кидать". Эдвин ухмыльнулся, но исполнил соответствующий канонам вежливости поклон головы в ответ на такой же жест Дисимада.
Молодой паладин оказался бывшим оруженосцем Дисимада.
С ним маг так же вежливо поздоровался (не стоит пока бесить друзей Галатеи, пусть и железнобоких), но чуть не поперхнулся собственной слюной, услышав его имя: Аристин Анх-А-Птар. Даже абсолютно не интересовавшийся политикой соседних королевств Эдвин знал эту родовую фамилию: род, когда-то богатейший, состоящий в дальнем родстве с императором Нефериса, и когда-то владевший чуть ли не десятой долей всех земель империи. Но после очередной войны, сложившейся не в пользу Нефериса род Анх-А-Птаров зачах, хотя в их владении до сих пор оставались земли от Аменхота до самых границ Ксарии. И теперь сестру Аристина, представительницу древнего, но потерявшего вес рода находят в опочивальне с перерезанным горлом. Интриги? Политика? И, разумеется, магия.
Раскрыть это преступление казалось Эдвину все более интересным. Но паладины не поспешили делиться подробностями, напомнив о встрече через два часа, назначенной Галатеей. Сами же они, отправились наверх, сославшись на некие дела.
Смиренно дожидаться остальных было совершенно не в духе молодого мага. Он решил потратить время с пользой. Не глядя сняв трехкомнатные апартаменты (спальня, кабинет и гостиная) в "Ласковом гоблине", Эдвин отправился в "Радужный ибис" за вещами.
Дождь на улице, наконец-то прекратился, и сквозь облака начало неуверенно пробиваться закатное солнце. Аменхот ожил, и на мостовую как по волшебству высыпала прорва народа: суетящегося, шумящего, кричащего и смеющегося. Но настроение молодого мага, наоборот, резко испортилось. Идя уверенным шагом сквозь толку Эдвин ничего не видел и не слышал. Его терзали муки совести. "Гала мне поверила, а я опять её обманул". Пусть это была и небольшая ложь: он действительно не убивал Сиднару, но это имя уже слышал чуть более года назад от Элдикаса.
Воспоминания накатили на Эдвина, как волны цунами - на прибрежный беззащитный городок. "Дикки понял бы меня, он - единственный кто был вообще способен меня понять, а его я тоже обманул и предал".
Элдикас или Дикки, как сокращали его странное имя... Непонятно, как ассасин полуэльф вообще попал в Дарри, да ещё в качестве раба. И почему именно на него пал выбор Эдмиры при поиске наставника для сына. Но Дикки прекрасно справлялся со своей ролью, будто был специально создан для нее. Он быстро сумел наладить теплые отношения со своим подопечным и вскоре стал единственным, кого слушался маленький волшебник. К матери Эдвина Элдикшас, похоже, относился к ней с глубоким уважением, а она отвечала ему доверием. Иногда даже брала с собой на опасные задания Совета. Впрочем, маг никогда не пытался узнать, что же именно связывало его мать и полуэльфа. Так же, как он никогда не спрашивал о своём отце...