Хаскар замолчал и выжидательно посмотрел на огра.
- Вынужден тебе сказать, что в чём-то они правы, предводитель, - медленно заговорил Аггрон. – Я чувствую, что Тьма готовится нанести сокрушающий удар, желая покорить этот мир и изменить его по своему усмотрению. Силы Света уже пытались противостоять им, но потерпели поражение. И теперь нам не избежать столкновения с ними.
- Правда ли они представляют такую угрозу для нас? – угрюмо проговорил Хаскар. – Неужели нам их не одолеть?
Огр покачал обеими головами, выглядело это странновато.
- В одиночку нам не остановить их, - ответил он. – Воительницы правы, возможно, нам придётся объединиться с людьми. Не повторяй ошибок тех королей, которые за бесконечными войнами со своими соседями не углядели угрозу извне. Для армии Тьмы не имеет значения, кого уничтожать, сначала это будут люди, а потом придёт и наш черёд. Подумай над этим, Хаскар, сейчас от твоего решения зависит очень многое.
Армия Люцифера неумолимо двигалась по просторам империи Нилан, предавая огню один город за другим. Местные жители пытались сопротивляться и даже выставляли против войска Тьмы небольшие гарнизоны, но все они были сметены яростным натиском тёмных существ. Люцифер не знал пощады, теперь он использовал все возможности для быстрого наступления. До столицы Нилана оставалась неделя пути, и Тёмный Лорд хотел сделать её плацдармом для дальнейшего движения. Сначала он не мог понять, почему же империя не может выставить против него маломальской армии, но потом решил, что всё дело в междоусобных войнах, без которых люди не могли представить своего существования. Что ж, тем быстрей будет покорён этот жалкий мир, и можно будет переходить к другим. Люцифер был уверен в том, что неумолимое движение Хаоса остановить невозможно.
Рядом с его шатром открылся портал, из которого вышли знакомые фигуры. «О, видимо, к нам прибыло подкрепление, - с удовлетворением подумал Лорд Хаоса. – Только вот интересно, где они были раньше». Это были Остарион и Баланар, пропадавшие неведомо где, которых Люцифер считал было уже давно погибшими.
Неожиданные гости были весьма колоритными персонажами. Остарион, король-призрак, некогда создавал империю из останков своих врагов. Вечная деспотическая власть стала его навязчивой идеей, полностью охватившей рассудок. Он считал, что башни, построенные рядом с его дворцом, смогут сохранить его жизнь навсегда. Позднее он осознал, что это было глубокое заблуждение… Ведь даже кости однажды обратятся в прах. Глубоко разочарованный недолговечностью плоти, он начал искать более надежный способ, чтобы продлить свое правление и, в конце концов, нашел его. Это была спектральная энергия, форма чистого духа, которую некоторые чудовища выделяют в момент смерти. Вселив в себя их призрачное естество, он надеялся обрести столь же мощное и бессмертное тело, каким было его эго. Во время тысячелетнего солнцестояния, также известного как ночь призраков, он подготовил обряд превращения и приказал своим подданным собрать достаточное количество душ, которое поможет приблизить его к бессмертию. Никто не знает, сколько отчаянных героев пало в ту ночь. Единственным уцелевшим в этой бойне оказался сам король, переродившийся в короля-призрака на следующее утро с восходом солнца. Отныне он не восседает на своем престоле, а идет на поле боя с мечом в руке и требует верности, не только до самой смерти, но и за ее пределами.
Его спутник был не менее примечателен. В древних рассказах каждой расы любого мира есть история о невообразимом времени, что было еще до появления солнца и понятия дня, когда над землей стояла бесконечная ночь, в которой жили создания Тьмы. И, как гласят те истории, на рассвете первого дня все твари ночи погибли. Но одно существо выжило. Воплощение зла, Баланар упивается своей жестокостью. Под покровом ночи он разрывает на части тех, кто отбился от света, свернул с дороги или проигнорировал предупреждения своих друзей, уходя в ночь. Тьма придавала Баланару невообразимую силу, вызывая животный страх у тех, кому не посчастливилось встретиться ему на пути.
- О, кого я вижу, - вместо приветствия пророкотал Люцифер. – Неужели достопочтимые Лорды, наконец, оставили свои неотложные дела и вдруг решили присоединиться к нашему походу?