- А куда подевались Даззл и Силла? – вдруг вспомнил Эзалор. Удивительно, как действовал на него этот мир, он даже на время забыл про своего лучшего друга.
- За друида можешь не беспокоиться, - краем губ улыбнулся Фурион. – Он сейчас в руках лучших лекарей, будь уверен, что за ним присмотрят. Ты же знаешь, что я всегда сдерживаю свои обещания.
Несмотря на эти слова, тень недоверия поселилась в уголке разума Эзалора и он решил внимательно присматривать за своим радушным хозяином.
Дворец Защитника природы был настоящей квинтэссенцией порядка, всё в нем поражало своим великолепием и роскошью. Здесь хотелось остаться навсегда, любому гостю сразу казалось, что лучше места во вселенной просто не может существовать. К Эзалору все относились с большим почтением, видимо, зная о его былых заслугах. Здешняя прислуга сплошь состояла из очень красивых людей с великолепными манерами. «Да, похоже, Фурион решил учесть все», - подумал Хранитель и в его душе появился неприятный осадок. Он привык оценивать кого-то по его внутренним качествам, а уж никак не по внешности. Он знал целые миры, населённые ужасными на вид созданиями, которые на поверку оказывались добрейшей души существами. И не раз приходилось иметь дело с прямо противоположными случаями.
- Я думаю, ты будешь рад увидеть здесь своих старых знакомых, - заговорил Фурион. – Они сейчас тоже должны выбрать дальнейший путь, и вам будет полезно поговорить друг с другом.
Навстречу Эзалору спускались две прелестные девушки. Обе были одеты в потрясающие платья, обшитые серебром, а волосы были уложены в великолепные причёски.
Чем больше Хранитель вглядывался в их лица, тем сильнее менялось выражение его лица.
- Боже! Траксес! Ланая! Это действительно вы! Не представляете, как я рад вас видеть живыми и здоровыми!
Девушки улыбнулись.
- Мы рады не меньше твоего, Хранитель. Нам не верилось, что из этого ужасного сражения мог кто-то выйти живым. А ты уцелел, да еще и вытащил Силлу, - заговорила Траксес. – Но… больше никого?
Вместо ответа Эзалор горестно склонил голову.
- Ну что ж, - выдохнула Ланая, - я вижу, что нам еще многое следует обсудить. А сейчас, Эзалор, тебе необходим отдых. Ты итак сделал всё, что было в твоих силах, и даже больше.
- Тебя проводят в твои покои, - кивнул Фурион. – Отдохни как следует, в этом мире времени у нас предостаточно.
- И вы пытаетесь сейчас меня убедить в том, что две обычные бабы сумели выбраться из своей камеры и скрыться в неизвестном направлении? – бушевал Хаскар. – И это прямо у меня под носом? И их не заметил ни один из наших часовых? Да я с вас живьём кожу сдеру! Это что же получается, за моей спиной постоянно могут находиться вражеские лазутчики, а эти идиоты и носом не поведут!
- Повелитель, клянусь, это не обычные бабы…
- Заткнись! С каких это пор моих воинов обводят вокруг пальца бабы? – Хаскар подбежал к говорящему и ударил тому по лицу. На стены шатра брызнула кровь. – Так, если к вечеру вы их не найдёте, ваши головы будут висеть на пике перед входом в моё жилище. – Предводитель варваров обернулся. – Джаракал, ты возглавишь поиски. Можешь взять с собой кого хочешь. Они не могли уйти далеко.
- Будет сделано, повелитель, - кивнул головой хмурый тролль с неприятными глазами. – Обещаю, что к вечеру они будут здесь.
Джаракал и вышел из шатра, едва заметно махнув головой незадачливым охранникам. Те безропотно последовали за ним с округлившимися от ужаса глазами. Среди троллей никто не любил Джаракала, и при этом его дико боялись. О его скверном и непредсказуемом характере ходило много разговоров, говорили, что был он настолько склочен и злобен, что не терпели его даже тролли из собственной стаи. Однажды, после острого приступа жадности, в котором он присвоил себе львиную долю скарба с последнего налета, терпение соплеменников лопнуло. Его скрутили, поколотили дубинами и выволокли из лагеря. Обезумев от ярости, Джаракал вернулся на следующий день с оружием в руках и убил всех обидчиков, одного за другим. После этого он долго скитался по миру, озлобленный и беспощадный, до тех пор, пока не встретил Хаскара. По непонятным причинам, Джаракал сразу проникся к нему уважением, и, после того, как тот стал предводителем легиона варваров, стал его правой рукой. Между собой Джаракала называли лордом войны, в сражениях он упивался боем, и, мастерски владея своими топорами, способен был наводить ужас на врагов и вести за собой собратьев. Но в мирное время все сторонились его, да и сам Джаракал всегда был замкнутым и хмурым и обычно говорил только с Хаскаром. А если тот давал ему поручения, то всегда мог быть уверен в их исполнении.