– Предки считали, что мы созданы именно такими, чтобы арахниды не закрылись от нужд людей. Чтобы мы понимали, сопереживали и поддерживали ваш народ. Именно поэтому так важны именно чувства, а не просто магическая энергия аллаиды. Из-за необходимости привлечь женщину и наши внешние особенности, и пищевые предпочтения. Не думаю, что девушку мог бы очаровать мужчина, поедающий сурхов, – сообщил я о том, что подсказала мне память, полученная от многих поколений арахнидов.
Сам я пока не задумывался об этом, но был рад, что Сантос поднял вопрос.
– Кстати, об аллаиде. Я слышал, что было принято решение о необходимости поиска матери нового гнезда, – осторожно поинтересовался Феросс.
– Да, это так. Через два месяца я изменю облик на полностью человеческий и выйду в город, – сообщил я.
– Даже не знаю, что тебе на это сказать. Надеюсь, что ты найдёшь девушку, похожую на свою маму. Иначе, мне будет больно лишиться наших с тобой бесед, – растеряв всякую весёлость, сказал Сантос.
– Кто знает. Может, мне нужна совсем другая аллаида. В книгах я читал, что притягиваются противоположности. Очевидно, это так и есть. Отец флегматичный, немного угрюмый. Ему идеально подошла яркая и порывистая, как пламя, мама, – улыбнулся я, вспоминая своих родных.
– Если это так, то на твою долю выпадет та ещё оторва, ведь ты самый добрый и приятный парень из известных мне, – ещё сильнее нахмурился Сантос.
– Не исключено, что такая и нужна, – не стал спорить я.
– Не шути такими вещами, Терей. Просто найди себе милую девушку, которая сумеет оценить твои многочисленные достоинства. Ты в любом случае рискуешь, так не допусти ошибок своих предков. Не гонись за внешней красотой. Дай жизнь новому гнезду и подари надежду на безопасную жизнь для нас всех. Не позволяй сделать твою жертву напрасной, – сказал Феросс и положил руку мне на плечо в знак поддержки.
– Я постараюсь, – пообещал я.
Глава 3. Конфликт
Риэла
В рабочем кабинете мамы горько пахло успокоительным бальзамом. Царственная родительница сидела в своём кресле с высокой спинкой и сверлила меня фирменным недовольным взглядом, одним своим видом призывая меня покаяться во всех грехах, даже в тех, которые я ещё не успела совершить.
– Ты ничего не хочешь мне сказать, дочь? – холодно спросила мама, поджав аккуратные губы.
– Вы прекрасно выглядите, ваше императорское величество. Правда не стоит так сильно морщить лоб. В конце концов, вы у нас такая молодая и красивая, а эти гримасы вредны для кожи лица, – невозмутимо отозвалась я, наслаждаясь тем, как от гнева заалели щёки родительницы.
– Ты! Наглая, дерзкая девчонка! Моя мать непростительно избаловала тебя, – прошипела правительница, выходя из себя, но я нисколько не боялась гнева этой женщины.
Граф Ригасс Мортен – тень императрицы – положил крупную ладонь на тонкое плечико моей мамы и легонько сжал его, призывая её успокоиться.
– Ну, моей же матери было некогда заниматься воспитанием своей дочери. Вот и получилась я такая… непосредственная, – последнее слово я произнесла, потупив взор и мило хлопая длинными ресницами. Благо природа не обделила меня внешними данными.
– С тобой невозможно разговаривать! – устало выдохнула императрица.
– А вы пытались? По-моему, вы вызвали меня за что-то отчитать, а не общаться, – парировала я.
– Риэла, чего ты добиваешься? Почему ведёшь себя, как капризный ребёнок? – попыталась надавить на мою совесть родительница, но этот номер со мной давно не срабатывал.
– Не понимаю, о чём вы, ваше величество? – не особенно натурально я изобразила удивление.
– Я хочу узнать, по какой причине стража обнаружила под дверьми твоих покоев голого барона Лейна? Почему твоему жениху пришлось в таком виде плясать под твоей дверью, а потом бежать к себе? Ты понимаешь, что оскорбила отпрыска древнего рода, на поддержку которого мы рассчитывали? – наконец-то перешла к сути своих претензий маменька.