-Тогда можете обрадовать будущего папу - улыбнулся врач продолжая рассказывать какие мои следуюшие шаги.
Но я его не слышала. Это новость добила меня окончательно и я недослушав вылетела с кабинета, а за мною и брат.
Тео догнал меня, его взгляд был полон вопросов. Я не знала, что сказать. Как я могла ему объяснить, что не помню, чтобы между мной и Даймоном была близость? Или чей это ребенок вообще. Боже, что за сюр.
— Пожалуйста, никому не говори, — выдохнула я, повернувшись к брату.
-Но почему? Ведь это ваш общий ребенок с Даймоном.
-Почему ты так уверенно это говоришь? - удивилась я.
-А от кого еще ? Ты была с ним , только он может быть отцом - брат отвернулся уставившись пустым взглядом в окно - но я не скажу Даймону, ты сама должна сообщить , когда будешь готова.
Он долго смотрел на меня, и, видимо, понял, насколько я потеряна.
Разоблачение
Скрывать беременность долго не удалось. Даймон узнал. Узнал невероятным способом. В один из вечеров, когда я сидела дома, ворочая в руках кружку с остывшим чаем, дверь распахнулась, и он вошёл.
— Ты серьёзно? — его голос был холодным, но в нём звучал еле сдерживаемый гнев. — Ты думала, я не узнаю?
— О чём ты? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Он кинул на стол конверт. Я открыла его, внутри были снимки УЗИ. Мои снимки.
— Как ты… — я не могла подобрать слов.
— Это не важно, — он шагнул ближе, и я почувствовала, как от него исходит напряжение. — Важно то, что теперь ты должна решить: будет ли наш ребёнок жить в полноценной семье или нет.
Его слова пробили меня насквозь. Я чувствовала себя словно в ловушке.
— Я… не знаю, — прошептала я.
— Я больше не буду ждать, — сказал он твёрдо. — Либо мы вместе, либо…
Он не договорил, но и без слов было понятно, что он хотел сказать. А я без слов хотела только выть от отчаяния и безысходности.
Глава 47 Новая реальность
Так началась новая глава моей жизни. Всё происходило так быстро, что я едва успевала понять, как мои мечты, воспоминания и чувства смешиваются в один хаотичный клубок. Мы поженились через месяц после того разговора. Без громких церемоний, только мы вдвоём.
Даймон собрал мои вещи и забрал меня в свой дом.
-Дай мне время, прошу- умоляюще смотрела на него , когда он показал нашу спальню - я не готова делить с тобой спальню.
-Хорошо - глухо ответил Даймон - соседняя комната свободна, можешь расположиться там.
-Спасибо - я подошла к мужчине и чмокнула в шеку.
Оставшиеся 6 месяцев я жила привыкая к новой реальности и новой жизни во мне, заботой и нежностью Даймона.
Рождение Линочки стало для меня одновременно счастьем и вызовом. Каждый её крик, каждая её улыбка наполняли моё сердце теплом, но я не могла избавиться от чувства, что всё вокруг — это не моя реальная жизнь, а какая-то чужая фантазия.
Иногда я смотрела на Даймона и пыталась понять, как мы оказались здесь. Он был идеальным мужем: заботливым, внимательным, но в глубине души я чувствовала, что между нами всё ещё оставались непроговорённые тайны.
Однажды ночью, когда Лина наконец уснула, я подошла к нему и спросила:
— Ты ведь знаешь больше, чем говоришь?
Он посмотрел на меня так долго и серьёзно, что у меня по спине пробежал холод.
— Ты ведь тоже, — ответил он, оставляя меня с новыми вопросами, на которые не было ответа.
Сомнения и надежда
Я пыталась жить, как должна была: радоваться материнству, поддерживать Даймона. Но что-то внутри меня всё ещё сопротивлялось.
Бывали моменты, когда я хотела сбежать, оставить всё позади. Но каждый раз, глядя на Линочку, я понимала: это невозможно. Теперь я была не просто женщиной. Я была мамой. И как бы ни было сложно, я должна была бороться за её будущее, даже если сама не знала, какое оно будет.
Глава 48 Между долгом и чувством
Жить с Даймоном, строить с ним семью — казалось, это должно быть легко. Он был воплощением идеального мужа: заботливый, терпеливый, всегда готовый поддержать. Даже когда я решила продолжить учёбу, он нашёл способ помочь мне перевестись на заочную форму, чтобы я могла справляться с материнством и учёбой одновременно.
Но что-то внутри меня постоянно упиралось. Словно между нами стояла невидимая стена, которую я не могла разрушить.
Он ждал. Ждал полтора года. Ждал, что я откроюсь, приму его так, как он принял меня. Он ждал, что я посмотрю на него иначе, что в моём взгляде будет любовь, а не только благодарность. Ждал, что я сделаю шаг навстречу.