— Мы узнали, что клиника…, — наконец сказал он. — Даймон начал что-то подозревать, копал, нашёл какие-то доказательства, что на пациентах ставят эксперименты. Именно на женщинах. Мы решили, что должны тебя оттуда вытащить.
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Я закрыла глаза, чувствуя, как в груди всё сжимается.
— Эксперименты? На мне? — прошептала я.
— Мы не знаем точно, — признался он. — Ты была там недолго. Мы успели вовремя.
— Вовремя? — я рассмеялась, но смех был горьким, почти истеричным. — Вы даже не удосужились рассказать мне об этом!
— Мы думали, что тебе будет лучше забыть, — сказал он, но его голос звучал так, будто он сам в это не верил.
Мой гнев достиг точки кипения.
— Забудь? Вы оба решили за меня, что я должна забыть? А как насчёт того, чтобы спросить меня? Или рассказать мне правду?
— Лили…
— Нет! — перебила я его. — Я больше не хочу жить во лжи! Я не хочу слышать ни тебя, ни Даймона!
— Ты не понимаешь…
— Нет, Тео, это ты не понимаешь. Я подам на развод. И больше не желаю иметь и с тобой тоже ничего общего!
Я кинула трубку, даже не дождавшись его ответа. Телефон выскользнул из моих рук и упал на кровать. Моё сердце колотилось так, что я думала, оно сейчас выпрыгнет из груди.
Я сделала глубокий вдох, но слёзы уже начали катиться по щекам. Внутри всё разрывалось на части: боль, гнев, разочарование. Я чувствовала себя преданной самыми близкими людьми, словно я была куклой, чьей судьбой они играли по своему усмотрению.
Но одно я знала точно: я узнаю всю правду.
Глава 54 Грозовые тучи
Мари влетела в дом, даже не стучась, и, едва закрыв за собой дверь.
— Мне звонил Тео.
Я стояла на кухне, машинально убирая со стола, но после её слов замерла.
— Тео тебе звонил? — переспросила я.
— Да, — кивнула она, нервно переходя из угла в угол. — Он был на взводе. Сказал, что я не имела права рассказывать тебе про клинику. А ещё… — она замялась, глядя на меня с тревогой, — он сказал, что Даймон едет сюда.
Эти слова эхом прозвучали в моей голове.
— Едет сюда? — повторила я, не веря своим ушам.
— Да. И… если ты не захочешь вернуться, он собирается забрать Лину.
Мир вокруг меня замер. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что? — выдохнула я.
— Лили, я не знаю, что с ним происходит, — Мари схватила меня за руку, её глаза были наполнены искренней тревогой. — Раньше он всегда был сдержанным, спокойным, обдумывал всё до мелочей. Но сейчас… это уже не тот человек. Он пугает.
Я резко отодвинулась, чувствуя, как внутри меня растёт ярость.
— Он думает, что может забрать у меня мою дочь? — прошипела я, сжимая кулаки.
— Я не знаю, чего он добивается, — тихо сказала Мари. — Но если Тео не смог его остановить, это значит, что Даймон настроен решительно.
Я почувствовала, как дрожь охватывает всё моё тело. В голове всплывали воспоминания о том, какой Даймон был раньше, нежный, заботливый, терпеливый и не могла узнать его сейчас. В последнее время он старался контролировать всё в моей жизни, прикрываясь заботой. И вот теперь он решил, что может угрожать мне самым дорогим — моей дочерью.
— Пусть попробует, — сказала я твёрдо, вскидывая голову.
Мари взяла меня за плечи.
— Лили, ты должна быть осторожной. Не поддавайся на провокации. Если он будет угрожать, тебе нужно обращаться в полицию.
— В полицию? — горько усмехнулась я. — Как мне доказать, что он представляет угрозу? Он — примерный муж и отец,, уважаемый всеми. Он студент и параллельно строит успешный бизнес. А я? Девушка с амнезией и смутным прошлым и родителями, которым не нужна.
Мари покачала головой.
— Нет, Лили, ты сильнее, чем думаешь. Ты не одна. Я здесь, бабушка и дедушка здесь. Мы не дадим ему забрать Лину.
Я посмотрела на неё, чувствуя, как в сердце пробивается благодарность за её поддержку.
— Спасибо, Мари, — тихо сказала я.
Но в душе я знала, что этот бой мне придётся вести самой. Не знаю какие планы у Даймона , но я не собиралась уступать. Лина останется со мной, чего бы мне это ни стоило.
Мари сидела напротив, её взгляд был наполнен тревогой.
— Ты уверена, что не хочешь поехать со мной в Ривердейл? — спросила она, скрестив руки на груди.
— Нет, — я покачала головой. — Это первое место, куда они придут меня искать.