– Эй, Игнат, мы в правильном направлении идём? — спросил Макар, явно чувствующий себя неуютно.
Нам нужно было добраться до ближайшего супермаркета. Дорогу «по низам» я знал хорошо, так как нужное нам заведение было напротив дома, в котором жила моя первая любовь. Её было бесконечно радостно удивлять неожиданными подарками, исчезновениями и появлениями.
Надеюсь, за те несколько лет, что я обходил эту дорогу стороной, ничего не изменилось.
Выбраться через иной подвал оказалось проще, Мрак быстро нашёл нужный лаз, чтобы в итоге попасть на поверхность.
– Мрак, ко мне. — позвал кота, оставляя его переноску в укромном углу.
Здесь оказалось на порядок холоднее. Старая дверь из подъезда не держала тепло, так что казалось, словно мы на улице.
Сняв с пушистого друга поводок, я дал обнюхать ему переноску и дождался, пока он ляжет внутри неё.
– Ты его отпускаешь? — удивился Дима, знающий, что я Мрака практически никогда не оставляю одного.
– Там слишком холодно. Был бы он породы норвежского лесного, смог бы пойти с нами. Но он Мейн-кун, к тому же ещё и домашний. Не знаю, как сможет перенести такой холод он. — с сожалением пояснил.
Мало какие породы кошек способны перенести холод ниже, чем пятнадцать градусов. Домашние кошки ещё более не приспособлены к холоду.
Мои спутники сделали вид, что все поняли.
Холод обнял своими иглами сразу же, как вышли на улицу. Снег пока что прекратился, зато обледенение было страшное.
Магазин, к удивлению, был открыт. Точнее, взломан. Но большее удивление вызвало то, что люди, которые что-то брали, оставляли деньги за товар. Мы сделали так же.
Собрав покупки, по возвращении обратно, наступала тревога. Хотелось бросить всё и бежать к Мраку.
Подгонял спутников я не зря. Ворвавшись в подъезд, мы застали что-то странное: существо, покрытое инеем, кидалось на шипящего Мрака.
Недолго думая, я накинулся на это неведомое, похожее на очень замершего человека. Вот только успел почувствовать, что он не живой, бормочет о том, как украдёт всё тепло.
– Дима, хватай его! — слышал я, а после меня дёрнули с существа.
Как только мы оказались на полу, выстрел разорвал воздух, и существо, словно разбитая ваза, рассыпалось.
Вещание и предупреждение
Обратно мы возвращались быстро и в гнетущем молчании.
Я держал Мрака поближе к себе и нёс часть пакетов Марка, Дима тащил всё остальное, а сам Марк осуществлял оборонительные ходы, сверяясь с моими командами, проверяя дорогу впереди за углом и следя, чтобы ничто не преследовал нас.
Вернулись мы к вечерней сводке новостей. Марк тут же крепко обнял жену и детей, Дима сел на ступеньки, ведущие на второй этаж, поближе к родителям. Я же крепко обнял, самое близкое сейчас для меня существо — своего кота.
Как бы соседи ни выпытывали у нас о происходящем на улице, мы все отмалчивались. Реакцию на наши слова предугадать сложно, так что лучше следовать простой мудрости: меньше знаешь — крепче спишь.
С нашей вылазки прошло несколько дней, на удивление температура стала повышаться. Многие заговорили о конце непогоды: городским службам удалось подстроить под новые условия работу электросети и даже заработали некоторые мобильные операторы.
Из окна было видно, как расчищают дороги и посыпают их песком с солью. Дорожки откапывали от подъездов в сторону дороги. По радио транслировалась информация, что экстренные службы готовы к работе. Кроме того, предупредили, что личный транспорт запрещён к использованию ввиду возможности образования заторов, которые могут стать причиной задержки тех, кто едет на помощь или патрулирует.
Видя, что погода улучшается, никто более не просил отправиться за чем-либо. А если бы и попросили, не думаю, что согласился бы.
В очередной раз, собравшись слушать радио, меня насторожила невозможность поймать нужную волну. Удалось настроиться только на одну, где была сперва музыка, а ровно в 14:00 началось вещание.
Человек представился учёным, назвав с десяток различных отраслей своей специализации. Я насторожился. И не просто так.