- Это беглый преступник! Он убил сотни людей! – продолжал Киал.
Он схватил меня за волосы и вытащил на середину комнаты.
- Ну же, попробуй отрицать! Ты не осмелишься!
- Ротаквэ, - прошептала Ваффа, роняя сумочку. – Что говорит этот человек?
Я не мог вымолвить ни слова. Как бы мне хотелось закричать, что это неправда! Но я не мог ей лгать.
- Спросите, спросите у него, – приговаривал Киал, задирая мою голову повыше.
- Ротаквэ, ведь этот человек лжет, да?
Я должен был найти в себе силы и ответить ей, должен был! Но я не мог вымолвить ни слова.
- Чего ты молчишь? – ревел Киал. – Скажи ей правду!
Он ударил меня, а Ваффа бросилась на него в порыве защитить меня. Он оттолкнул ее с такой силой, что, падая, она разбила стеклянный буфет. Киал даже отпустил меня, чтобы я мог лучше увидеть, как она медленно оседает на пол, а из ее спины торчат большие осколки стекла.
- Нет! – закричал я. – Ты все испортил! Ты все испортил!!
Киал влепил мне оплеуху.
- У тебя ничего никогда не было! – кричал он. – Это ты убил ее тем, что появился в ее жизни. Ты всем несешь только смерть. Для этого тебя создали.
Он бил меня так, что я подумал, что мне конец. И вдруг он остановился. Я поднял глаза и сначала увидел лишь красное пятно, расползающееся по его рубашке. Ваффа, стоящая рядом, упала на пол. Она воткнула в него нож. Киал выглядел таким удивленным, совсем не злым, просто очень удивленным. Он упал на пол, а я подполз к Ваффе. Она смотрела на меня, и мне казалось, что этот взгляд останется со мной на всю жизнь.
- Зря мы встретились, - прошептала она.
Я был с ней согласен. Я лег рядом, собираясь умереть.
- Пожалуйста, беги, - прошептала Ваффа. – Это моя последняя просьба.
Глаза ее опустели. И я поднялся.
Картина сна снова переменилась. Я, весь в лохмотьях, шатаясь, брел по улице.
- Забудь! – твердил я. – Просто забудь. Забудь! Забудь!
Айзор отпустил мою руку, и я вновь почувствовал, что стою в кабинете. Ректор убрал руки с моих висков и отошел на несколько шагов. Я глянул на него. Лицо его было непроницаемо, но я был уверен, что эта маска просто скрывает сочувствие.
- Как жаль, что он уже умер, - произнес ректор, сжимая кулаки. – Мне хотелось бы собственноручно прикончить этого мерзавца!
- Я хочу упасть в обморок, - сказал я. – И больше ничего не чувствовать.
- Ты был не виноват. В случившемся нет твоей вины.
- Повторите это еще раз.
- Ты не виноват.
- Как бы мне хотелось, чтобы так все и было.
Яркость прошлого смывалась, как плохой сон.
- Кажется, время действительно лечит, - произнес я. – Но не думаю, что смогу жить дальше.
- Ты сможешь, - уверенно произнес ректор.
- Может снова стереть себе память? – горько усмехнулся я.
- Нет, - серьезно возразил Айзор. – Тогда ты снова будешь пытаться вернуть себе память, а вернув, постараешься все забыть. Это не выход, это замкнутый круг. Ты должен принять это и жить дальше.
- Принять то, что я чудовище?
- Слушай, - голос его зазвучал грозно. – Скольких людей, по-твоему, ты убил? Не хочешь ли ты теперь просто сбежать? Ты несколько лет жил прекрасной жизнью, настало время платить по счетам! Убийца должен помнить свои жертвы, должен просыпаться ночью от кошмаров, потому что они пришли в его сны. Это его бремя, он должен нести его до конца своих дней, а не убегать.
Его слова могли бы показаться жестокими, но именно они вырвали меня из цепких лапок безумия, в которое я опускался. Что ж, из этого кабинета выйдет уже новый я. Я знал, на что шел, пытаясь вернуть свою память, ведь книга предупреждала меня.
- Я буду жить дальше, - сказал я, – пытаясь искупить свою вину. Вину перед Ваффой и сотнями людей, которых я даже не помню.
Ректор улыбнулся.
- А шанс скоро представится, - сказал он.
Я несколько секунд непонимающе смотрел на него, а потом вспомнил о конце света. Да, он вдруг оказался как нельзя кстати.
- Спасибо вам за все, - сказал я и уже собирался уходить, но ректор меня остановил.