- Сегодня поспишь тут, - сказал он. – Я предупрежу Везлара и твоего демона.
- Ладно, - согласился я.
По большому счету мне было плевать, хоть на улице. Но когда ректор произнес имя моего друга, я понял, что мне по-настоящему страшно с ним встречаться. Я подумал, что диван теперь мой, но ректор повел меня к дальней скрытой двери в своем кабинете. Там оказалась еще одна комната, размерами больше кабинета, с большущей кроватью.
- Можешь спать здесь, - сказал Айзор.
- Ладно, - повторил я.
Он вернулся в кабинет и закрыл за собой дверь. Наверное, было около семи утра, потому что за окном занимался белоснежный рассвет. Я лег на кровать и стал смотреть в окно. Мне казалось, что я никогда не смогу уснуть. Никогда больше не смогу улыбнуться. Никогда больше не смогу выйти на улицу, не страшась увидеть осуждающие взгляды. Как будто вместе с тем, что открылось мне сегодня, правда обо мне открылась всему миру. «Я хочу умереть», - подумал я. Но это было неправдой – мне хотелось жить как никогда. Только сейчас я почувствовал, что по-настоящему жив.
Хоть проспал я немного – на часах не было еще и десяти – чувствовал себя вполне отдохнувшим. Я выбрался из кровати и вошел в кабинет ректора. Айзор мирненько спал на диване. Во сне он казался еще моложе, чем обычно. Будить я его не стал, так как предполагал, что спать он лег недавно. Из кабинета выйти я пока не решался: трудно было после всего случившегося сделать первый шаг в реальный мир. Я не знал, как реальность отнесется к новому мне, и не знал, как новый я отнесусь к реальности. В общем, я не знал, как мы отнесемся друг к другу. Я сел за ректорский стол, рассеянно поглядел на разбросанные бумаги, все размышляя о своей реальности. А реальность возьми да и ворвись в кабинет ректора в лице профессора Вазмора Адориуса, декана факультета малефицистики, куда, по-видимому, мне теперь и дорога.
- Опять заснул на диване! – возмутился он, глядя на ректора.
Потом перевел взгляд на стол и заметил меня.
- А ты здесь что делаешь? Секретарем заделался? Чего приперся так рано?
- А я и не уходил.
Видя явное смятение Вазмора, я пояснил:
- Я был здесь всю ночь.
Смятение Вазмора только усилилось. Меня, откровенно говоря, стало это забавлять, хотя совсем недавно я действительно думал, что проведу остаток жизни с каменным лицом. Тут ректор на диване сладко потянулся и, продолжая лежать с закрытыми глазами и делать вид, что спит, выдал абсолютно убийственную фразу:
- Ротаквэ, дорогой, принеси мне зефирчика!
Лицо Вазмора вытянулось настолько, что стало напоминать дыню. Ректор приоткрыл один глаз, наслаждаясь произведенным эффектом.
- Я тебе пончиков принес, - кисло сообщил Вазмор.
Наконец ректор не выдержал и заржал на весь кабинет. Вскоре к дикому роготу Айзора присоединились и мы с Вазмором. Отсмеявшись, ректор сел на диване и выжидательно посмотрел на Вазмора.
- Ну, где пончики?
- Ну, где чай? – парировал тот.
Я испугался, что меня сейчас выставят за дверь, и вцепился в ректорский стол в надежде, что тот не будет телепортировать меня вместе с ним.
- Можешь остаться, - улыбнулся Айзор.
- Что произошло этой ночью? – спросил Вазмор, переводя взгляд с ректора на меня и обратно.
- Кое-что, - уклончиво ответил Айзор и посмотрел на меня.
- Можете рассказать, - сказал я. – Но только потом.
- Хорошо, - отозвался ректор и вышел через скрытую дверь.
Вскоре он вернулся с подносом и тремя чашками чая на нем: по-видимому, за спальней скрывалась еще и кухня. Вазмор достал пакет с пончиками, а Айзор легким мановением руки скинул все со своего стола на пол.
- Встретил я твоих генералов, - сказал Вазмор, хватая пончик с кокосовой стружкой. – Они вдвоем заняли практически все крыло для гостей.
- Я это предвидел, - сказал ректор.
- И что?
- И ничего. Просто этого стоило ожидать.
- Ты разобрался с арканом? Что там насчет него?
- Еще не совсем, - признался Айзор. – Мне нужно порыться в книгах. Думаю, в тайной комнате я смогу найти нужные сведения.
- В тайной комнате? – удивился Вазмор. – Но там же который день работают исследователи Круга совета, и они ничего не нашли.