- Да ладно, я не в обиде! – усмехнулся тот, стукнув меня по плечу. У меня скоро там синяк будет! - Но вот идея хорошая! – добавил он после некоторого раздумья. - Даю тебе индивидуальное задание: напиши свою теорию возникновения человечества.
- Ты шутишь?! – возмутился я.
- Отнюдь!
- Это подло! Я тебе свое мнение как другу сказал, а не преподавателю!
- Что поделаешь, такова жизнь! – развел руками Алый и поспешил в аудиторию.
Мы с Везларом пошли следом.
- Откуда ты его знаешь? – тихо спросил Везлар.
- Пили вместе, - отмахнулся я.
Кажется, день становился все более и более неудачным.
Лекция Гарольда была неплоха. Рассказывал он интересно, постоянно вставляя какие-нибудь шуточки или анекдоты. Кажется, он и сам без должного почтения относился к «великим мыслителям», чего же тогда на меня взъелся? Обидно как-то: вот и высказывай потом свое мнение! Когда я выходил из аудитории, мне казалось, что над моей головой нависла сгустившаяся туча.
Прозвенел звонок, мы вошли в аудиторию и сели за последнюю парту.
Лекция по Алхимической практике у нас была первая, преподаватель оказался мужчиной среднего роста, в официальном черном костюме и при галстуке. Вид у него был вполне доброжелательный, звали его профессор Ливерти. Профессор предложил нам план работы:
- Так как алхимия – практический курс, то вы понимаете, что на каждом уроке я буду ставить вам оценки. Сегодня я хотел бы предложить два варианта: первый – работает несколько человек, мы обсуждаем тему, а затем в конце пары все пишут небольшой тест по тому, что только что обсудили. Либо второй вариант – работают все, и я в конце пары всем выставляю оценки.
Эдуард Красс сразу сказал, что он за второй вариант. Я лишь поморщился, потому что сам был за первый. Не знаю, чем вызвана моя некая застенчивость, но поднять руку, вызваться самому отвечать, было выше моих сил. Я уже представил, что профессор слушает Красса и выбирает второй вариант, но он меня приятно удивил:
- Это только ваше мнение. Я бы хотел узнать мнение всех.
- Если честно, то мне больше нравится первый вариант, - шепнул я Везлару.
- Мне тоже, - прошептал он в ответ.
Я ободрился, что нас уже двое.
- Поднимите руку те, кто за первый вариант, - скомандовал профессор Ливерти.
Я вскинул руку вверх. И с удивлением обнаружил, что моя рука пребывает в гордом одиночестве.
- Один человек, - подвел итог Ливерти. – Понятно, значит остальные за второй. Ну что ж, будем работать по второму варианту.
Я посмотрел на Везлара с искренним недоумением.
- Ты же только что говорил, что за первый!
- А смысл? – прошептал он. – Все равно бы выбрали второй.
- Ну, понятно, - сказал я, отворачиваясь и стараясь не смотреть в его сторону.
Когда пара закончилась, я поспешил смешаться с толпой, чтобы Везлар потерял меня из виду. Разговаривать с ним не хотелось. Меня так доконали эти мелкие неудачи, что я решил обидеться на весь мир.
Дуться на человека, когда он не знает, что ты дуешься, очень утомительно. Грубо отвечая за обедом, я добился лишь того, что Везлар сам на меня обиделся. В итоге мы по-настоящему поссорились. Хорошего в этом было мало, но просто так сдаваться и первым пойти мириться я не мог. Оставалось молча сидеть в комнате и не смотреть в его сторону. Он отвечал мне тем же, а вскоре и вовсе вышел, а я пожалел, что у меня нет интересной книги. Или хотя бы учебников, которые я не смог взять, потому что был в медпункте. Потом мне их так и не выдали, заявив, что я сам виноват, а учебники выдают только в назначенный день. Какие-то строгие у них тут правила.
Окна нашей башни были с восточной стороны и выходили в парк. Людей здесь не было, наблюдать было не за кем. Плюс к тому же, с пятнадцатого этажа все-таки как-то высоковато. Меня охватила чудесная идея залезть на крышу башни. Точно! Вот чем я буду сейчас заниматься!
Не знаю, к счастью или горю, но, наверное, все-таки к счастью, я не смог открыть дверь на чердак. Это меня не особо расстроило, я просто взял на заметку, что следует поискать что-то типа напильника. Раз уж я вышел из комнаты, то решил спуститься вниз. Внизу меня не ждали. Эдуард Красс увлеченно гонялся за Стимом Крассом, а тот только показывал ему язык и прыгал с кресла на кресло. Циа Локер и Гор Стар ржали рядом с Эдей – ну хоть кому-то весело. Роксана Вит сидела в дальнем кресле и читала какую-то книгу. В самом темном углу угрюмо стоял Вуа Ло. Куда делся Везлар, я не знал. Я плюхнулся в кресло и стал наблюдать за ребячеством братьев. Эдуард догнал Стима и стукнул по башке скрученной газетой. Тот в отместку запустил в брата подушкой. На помощь кому-то из них (кому, я понять так и не смог) прибежали Гор и Циа и стали закидывать подушками и пуфиками всех без разбору. Было весело, но кончилось все тем, что кто-то зазвездил подушкой прямо в лицо профессору Эру, которому не посчастливилось как раз в это время зайти в нашу гостиную. Несмотря на всеобщие переживания, отнесся он к этому более чем философски и с невозмутимым видом прошествовал мимо нас в библиотеку.