И они быстро скрылись в темном переулке.
- Кто это был? – спросил Эзмар.
- Я же сказал, что не знаю!
- Но они тебя очень даже знают!
- Это у нас не взаимно!
- Что ты скрываешь? – давил Эзмар.
Этот вопрос вконец меня добил. Что я скрываю? Что я скрываю?! Что скрывает от меня моя память? Я понял, что еще чуть-чуть, и у меня просто начнется истерика. Эзмар схватил меня за рукав, а все, что я мог сделать, – это обвиснуть у него в руках и расхохотаться. Кажется, поздно – уже началась.
- Оставь его в покое! – Везлар потянул меня на себя и вытянул из цепких лапок Эзмара.
Я очутился за спиной Везлара и оттуда показал Эзмару язык.
- Он что-то скрывает! – возразил Эзмар.
Эта фраза вызвала у меня еще один взрыв истерического хохота. Когда я увидел озадаченное лицо Эзмара, то рассмеялся пуще прежнего.
- Не лезь к нему больше со своими глупыми предположениями! – сказал Везлар.
Он обеспокоенно посмотрел на меня.
- Ротаквэ, нам пора возвращаться в Ивилон.
Я вроде снова мог себя контролировать, потому что смог унять свой истерический смех.
- Ну, все нормально? – вздохнул Эзмар. – А то я уже беспокоюсь…
- Что случилось? – спросила подбежавшая Кэрри.
- Пожалуйста, давайте поговорим об этом позже, - попросил Везлар.
Похоже, он как никто понял, что меня сейчас лучше не трогать. Но не все такие понятливые.
- Что это были за люди? Ротаквэ, твои знакомые?
- Он их не знает, - сказал Эзмар очень саркастичным тоном.
Везлар обеспокоенно посмотрел на меня. Эх, эти тревожные взгляды раздражали меня даже больше настырных вопросов.
- Так что случилось? – требовала объяснений Кэрри.
- Глядите, корова полетела! – неожиданно воскликнул я и показал на небо.
Пока все пытались разглядеть в ночном небе летящую корову, я припустил вниз по улице.
- Ротаквэ! – закричал мне вслед Везлар.
Я старался бежать по проулкам и как можно сильнее петлять. Оступившись, упал на брусчатку. Я оказался в узеньком переулке между двумя домами, где стояли мусорные баки и груда ящиков, между ними я и спрятался. Убегать было глупо. Где-то здесь еще были красноглазые, встречаться с которыми у меня не было ни малейшего желания. Но и остаться со всеми я не мог. Под этими удивленными, обеспокоенными и полными подозрений взглядами. Я поежился, вспоминая лица друзей, и уткнулся лицом в колени. Сверху что-то закапало, и я очень надеялся, что это не помои. Я поднял голову, и мне на лицо упало несколько капель. Холодных и свежих. Начинался дождь. Я знал, как глупо прятаться здесь. Но и выйти к ним не мог. Знал, что они примут меня, но не мог. Лучше я останусь здесь, чем буду пытаться объяснить то, чего и сам не понимаю.
Дождь усилился, прибивая ко лбу мою челку. Я подставил ему лицо, в надежде, что он смоет мои мысли. Думать о том, что произошло, было мучительно, не думать – невозможно. Откуда эти страшные люди знают меня? Ну же! Я должен вспомнить!
Я пытался сосредоточиться, но словно бился о стену. Они говорили о пожаре, и я уже видел картины пожара раньше. Я попытался восстановить в памяти ту картину. Пожар. «Ротаквэ! Убей их! Убей их! Это приказ!». Чей это голос? Что еще я помнил из прошлого? Крыши домов… Почему именно крыши? Я представил еще и красноглазых. Они назвались узурпаторами? Если они меня ни с кем не спутали, значит, я должен был видеть раньше и их. Кто-то тасует карты, говорит, чтобы я не забыл заклинание. Еще одно смутное воспоминание. А может мое сознание просто играет со мной? Что реально из того, что я помню?
Ничего. Ни намека на прояснение. Моя память по-прежнему закрыта от меня. Это заставляло чувствовать себя беспомощным. Кто угодно мог явиться и сказать, что знает меня. И что мне остается, просто поверить ему?
Я не чувствовал ни холода, ни влаги, хоть и лежал в луже под дождем. Мне было исключительно все равно. Даже если бы кто-то сказал мне тогда, что, если я не встану в течение минуты, то умру от воспаления легких, – даже это не смогло бы заставить меня пошевелиться. Маленькие, открывающиеся мне частички моего прошлого, настолько пугали меня, что вызывали дрожь.