— Потому что она подкатывает к Эммету?
— Потому что она…
Леона не закончила предложение. Подозреваю, она и сама не знала до конца, почему так злилась из-за той статьи. Или знала, но не хотела признавать.
— Эммет знает, что Эвита запала на него. И что она открыто говорит о своем желании встречаться с ним.
— Получается, он…
— Сказал, что не против. — Леона закрыла глаза, сдерживая эмоции. — Представляешь? Он сказал, что для него не проблема начать встречаться с такой, как Эвита, потому что она не из семьи Эльтерры.
Последние слова явно задели старую рану. Леона уставилась в окно, сбросив маску всегда уверенной в себе девушки, и сжала руки.
— Эвита не доставит ему проблем. В отличие от меня.
— Не говори так.
— Он отказался от меня. Отказался быть со мной, бороться со мной и за меня. Он просто поругался с отцом и ушел, ничего не объясняя. Почему Эммет так поступил?
Я чувствовала, что знаю ответ на этот вопрос. В голове мелькали воспоминания обрывочного разговора с Эмметом, его обреченный вид и попытки объяснить мне ситуацию. Я попыталась вспомнить, но момент был упущен. Барт припарковался у входа в приют, а Леона вернула маску и наградила меня хищной улыбкой.
— Не хочу об этом думать. Хочу тискать животных. Пойдем, покажешь мне тут все.
Я понимающе кивнула и повела ее в первый корпус, где она тут же принялась знакомиться с другими волонтерами и носиться по залу, обнимая каждую кошку, которая встретилась на ее пути. Барт сообщил, что будет неподалеку, а я, воспользовавшись моментом, вышла в коридор и направилась к вольерам с собаками.
Бакс уже носился по тренировочному плацу и, увидев меня, рванул к сетке со всех ног. Я сделала шаг назад, но подавила возникшую панику. С каждым разом делать это было все проще и проще.
Я помахала Баксу, получив одобрительный лай, и заметила Монику, стоявшую неподалеку. Она сортировала лакомства для собак в специальные шкафы со стеклянными дверцами. Увидев меня, девушка широко улыбнулась.
— Шейлин! Ты все-таки приехала. Я так рада.
— Почему я не должна была приезжать?
— Элдан сказал, что ты, возможно, отпросишься на сегодняшний день из-за плохого самочувствия.
«Какой заботливый».
— Чувствуешь себя хорошо?
— Да, спасибо.
Я потянулась к коробке рядом и помогла Монике распределить оставшиеся упаковки с едой.
— Элдан сегодня здесь? — осторожно спросила я, стараясь не выглядеть заинтересованной.
— Должен скоро приехать. Представляешь, он вчера по пути домой нашел рыжего щенка на улице.
Упаковка чуть не выпала у меня из рук. Я едва успела удержать свою челюсть от падения на пол.
— Я нашел рыжего щенка и пока не знаю, что с ним делать…
Это ведь именно то, что он сказал, прежде чем я уснула. Мне показалось, что это было частью сна, поэтому утром я не придала словам значения.
Рыжего щенка? Нашел по дороге домой? Неужели… Он имел в виду меня?
— Об этом щенке знаешь только ты?
— Нет, почти все сотрудники приюта.
Раздражение вспыхнуло в крови, вытесняя здравый смысл. Когда со стороны улицы крикнули, что приехал мистер Орест, я рванула с места и побежала на улицу.
Элдан, одетый в белые потертые джинсы и рубашку с коротким рукавом, как раз закрыл дверь внедорожника. Того самого, на котором он вчера отвез меня к себе домой. Солнцезащитные очки скрывали глаза, но я уверена, что он заметил мое приближение, потому что губы Элдана растянулись в улыбку.
«Он всегда улыбается, смотря на меня».
— Хорошо себя чувствуешь, персик?
— Какой к черту персик?! — раздраженно спросила я.
— Ты вчера сама просила тебя так называть, — ответил Элдан, прислоняясь плечом к машине.
— Не было такого! Я вчера сразу уснула.
— А потом просыпалась еще раза три. — Элдан усмехнулся, снимая очки. — Не помнишь? Первый раз тебе стало жарко, ы пыталась открыть окно без ручки и захныкала, что у тебя не получается даже такая мелочь. Потом искала по всей комнате одеколон с персиком и жаловалась, что одновременно обожаешь и ненавидишь этот запах. Примерно в это время ты и попросила называть тебя персиком, потому вы с ним похожи. А когда проснулась в третий раз… Даже вспоминать страшно.
Элдан выждал драматичную паузу.
— Что было в третий раз?
— Ты начала бесстыдно приставать ко мне.
Я шагнула к нему машинально, желая либо ударить, либо заставить замолчать. Мне показалось, что последнюю фразу он произнес громче остальных, и взгляды других работников, которые ходили недалеко от нас, ощущались как-то по-другому.
— Не было такого, — процедила я сквозь зубы.