— Не могу ответить, — честно признался я. — Хотя своё заблуждение уже понимаю.
— Эрраре хуманум эст, как говорили в Первой империи людей! — торжественно произнёс Алексей Пахомович. — Ну, а умение признавать свои ошибки — оно вообще дорогого стоит, а уж в вашем возрасте — особенно. А не происходит такого, милейший Фёдор Юрьевич, лишь оттого, что магия — отнюдь не жёсткая последовательность раз и навсегда выявленных формул, но, скорее, подобна языку, который строится на чётком своде правил, каждое из которых, тем не менее, изобилует исключениями. И главная прелесть магии в том, что мы и половины этих исключений еще не нашли, и потому заниматься ей всю жизнь — невероятно интересно. Вы согласны со мной?
— Всецело, Алексей Пахомович. Образное и доходчивое сравнение.
— Вот и славно, мой юный друг, вот и славно. Приступим к практике? Упражнение называется «Привет Валтасару». Напишите-ка что-нибудь огненными буквами на дальней стене этой аудитории. Предупреждаю: мебель лучше не портить.
Преподаватели захихикали, а я улыбнулся. Улыбнулся потому, что, наткнувшись вчера на это бесполезное, в сущности, заклинание, естественно, напрактиковался в нём до одури, являя жене надписи «Наташа, я тебя люблю!», «Погода отличная, пошли гулять!» и прочее в таком же духе. Уверенными движениями я быстро сделал чертёж, и куда больше времени потратил на воспроизведение текста, потому как писать на языке, на котором не разговариваешь, да и знаешь его в пределах «пуушб багронк» — то ещё удовольствие. Зато, как мне кажется, когда на дальней стене вспыхнула надпись с Кольца Всевластия про эш назг гримпатул, или как оно там не к ночи читается, преподы вздрогнули.
— А вы у нас разве илуватарианец? — несколько рассеянно спросил директор.
— Вовсе нет, просто юный хулиган, — вежливо ответил я, разбирая чертёж.
— Впечатляюще, — признал Алексей Пахомович. — Быстро, уверенно, чётко. Но посмотрим, как вы справитесь со второй задачей, — и резким пассом правой руки он убрал туман с готового чертежа. Он оказался довольно сложным.
— Я должен распознать, что делает это заклинание? — обалдело разглядывал я пересечения замысловатых фигур и линий.
— Всё равно не сумеете, — махнул он рукой. — Я сам вам скажу. Посмотрите в окно. Видите флюгер?
Флюгер на громоотводе водонапорной башни рядом с колледжем всегда казался мне студенческой хохмой, настолько нелепо выглядел огромный чугунный крокодил, парящий над Воронежем.
— Вижу, профессор.
— Отлично. При помощи предлагаемого заклинания вам нужно повернуть его под углом в девяносто градусов. И всего-то. Эта зверюга весит столько, что никакому ветру и на вершок её не сдвинуть. Однако магией — можно. Собственно, магией его туда и поставили. Экзаменационная работа Феоктиста Римского-Корсакова, оценка «Блестяще». Так вот. В этом чертеже отсутствует один-единственный конструктивный элемент. А именно слиток платины пирамидальной формы с гранями выстой в три четверти вершка. Готов поклясться, что за пять минут, отведённых на решение задачи, вы во всём Воронеже такую не сыщете. Но! В этой комнате гарантированно есть нечто, что может этот элемент успешно заменить. Место элемента на чертеже отмечено красным кружком. Вот текст заклинания, произносить уверенно, без запинки. Зажигаем источники… — он взмахнул рукой. — Есть. У вас пять минут на решение. Время пошло.
Я встал и медленно обвёл экзаментаторов взглядом. Золотой перстень с черным камнем на пальце директора — очевидно, наградной. Следующего препода вообще не знаю, у него и взгляду зацепиться не за что. Разве, платок в кармане пиджака? Нет, вряд ли. София Зеноновна смотрит с брезгливым вызовом. Мощное колье с имитацией брильянтов, кольцо с ними же, серьги. Не похоже. Ещё один преподаватель с платочком, но у него серебряная серьга в ухе. Нет, снять не успею точно, а он, поди, ещё и сопротивляться станет. А чем богат господин профессор начерталки? Ага.
Не сводя с Алексея Пахомовича взгляд, я сделал шаг и без лишних церемоний вынул из его галстука серебряную булавку с изумрудом. Повернулся к чертежу, уверенно воткнул ее в центр красного кружка. Ну да, примерно три четверти вершка и вышло. Взял бумажку, и в полной тишине с расстановкой торжественным голосом диктора Левитана прочёл заклинание.
За окном послышался раздирающий уши металлический скрежет. Флюгер в виде огромного крокодила нехотя повернулся под прямым углом к прошлой позиции.
— Зачёт, — еле слышно произнёс Алексей Пахомович. — Но… Но как⁈
Глава 15
Строгий выговор с занесением