Но он, по-видимому, не понимал шуток от слова совсем. Нахмурился и, явно пытаясь меня напугать, схватился за свой дрянной меч снова!
- Так! Отвечай немедленно. Кто ты? Как тебя зовут?
- Ну-у-у, судя по всему, Луиза Шортс, - вздохнула я, решив подыграть, потому что мне явно нужно было как-то выживать, пока все не вернется на круги своя. - Дочь незабвенного Эдварда Шортса, твоего кузена.
- Кого? - округлил он глаза. - Ладно... Странные словечки твои, предположим, просто последствия удара по голове... А... А я - кто?
- Ты - златокудрый красавчик Брендон, - растирая запястья, я притворно похлопала ресницами, кстати, густыми, надо сказать, ресницами. - Уж извини, в наших родственных связях я не очень-то разбираюсь. Так, навскидку, сказать, кем ты мне являешься, не могу!
Да, я понимала, что дерзила и, может быть, нужно было просто прикрыть рот, но всё происходящее казалось мне дурным сном, невероятной фантазией, которая должна была с минуты на минуту завершиться. А если всё так, то отчего бы не посмеяться над происходящим? Как там было у классика? "Я спешу посмеяться над всем, иначе мне пришлось бы заплакать"?
Потом я решила, что надо бы походить, потому что мои ноги тоже затекли и онемели.
А он всё также стоял истуканом и пораженно смотрел на меня, не забывая поглаживать рукоятку своего любимого меча...
4 глава. Вдвоём
Верхом на лошади я неплохо держалась. От понимания этого факта, я немного гордилась собой. Не так уж много в реальной жизни было у меня достоинств, чтобы прям гордиться. Наверное, поэтому я и умела ценить даже те мелочи, на которые расщедрилась матушка-природа.
Я с детства обожала лошадей. И даже пару лет посещала конноспортивную школу. Пока однажды один мальчишка, с которым, как я думала, я там подружилась, не сказал, что мое лицо напоминает морду моей кобылы. Мне было обидно. И я очень не хотела, чтобы и у других людей при виде меня верхом возникали такие же ассоциации. Поэтому в школу ходить перестала.
Но навык, по-видимому, остался.
А может, это новое тело так умело, и лично я, Яна Игоревна Долгих, никакого отношения к данному моменту не имела?
А тело, действительно, было новым! Как и лицо! Я его придирчиво рассмотрела.... Ну, насколько позволял шатер, в который завел меня красавчик, чтобы я сняла, порядком натершие мне в разных нежных местах доспехи.
И вот я сумела разглядеть у себя узкую талию. Очаровательную родинку на правом бедре. Нежную, прямо-таки бархатную кожу. И высокую небольшую грудь... Да-а-а-а...
Вот бы по завершению всего этого странного действа, со мной происходящего, оставить себе свою новую внешность! Особенно лицо и грудь! Или хотя бы лицо... Ну, ладно! Пусть хотя бы нос останется новый! Представляю, как мои ребята-геологи будут прикалываться! Уверена, что скажут, будто я сделала пластическую операцию!
Красавчик держался чуть впереди меня. Он мчался на своем вороном коне, как ветер! И глаза мои невольно то и дело скользили по его широким плечам, натренированным в битвах сильным рукам, а когда он вырывался вперед сильнее, то, к моему стыду, спускался снова и снова на некоторые другие части тела, непосредственно контактирующие с седлом....
За мной позади ехали два зеленых чудовища, то ли прикрывая наш маленький отряд с тылу, то ли просто следя, чтобы я не вздумала сбежать.
Но куда мне сбегать-то? Куда? Я здесь никого не знала, местность видела в первый раз, а, между прочим, дело-то было к вечеру и мало ли, какие тут по ночам водятся хищники! Быть съеденной тигром или там саблезубым львом в мои планы пока не входило. У меня командировка на Алтай через неделю! Я целый год её ждала!
И хоть я внимательно посматривала по сторонам, но вовремя заметить момент, когда на нас напали, не смогла! Просто вот в какой-то момент сбоку в плечо Брендону прилетело что-то быстрое и длинное, издававшее противный тонкий визг. Он свалился с лошади на землю, а конь, избавившись от седока, понесся на огромной скорости вперед.
Моя кобыла притормозила, чтобы, видимо, не наступить на несчастного Брендона. От ее резкого движения я не удержалась верхом и, упустив поводья, рухнула рядом с ним на землю.
С обеих сторон от дороги на тропинку рядом со спешившимися зелеными выскочили человек десять и бросились на наших спутников.