В голове роились тысячи вопросов, но язык снова словно онемел.
-«А что вы делаете с теми, кто выздоравливает?».
-«Кто - то остается нам помогать, кто - то уходит. Мы не вправе их задерживать, у каждого свой путь, да и места здесь не бесконечные. Приходится постоянно двигаться - перемещать лагерь подальше от надвигающейся угрозы. Что ж, думаю на сегодня тебе хватит информации. Давай поправляйся. Если что, меня зовут Олег. Я буду в операционной».
После этих слов он хлопнул меня по плечу и вышел, закрыв дверь. Ричард лежал не двигаясь - все его тело по - прежнему было забинтовано, что придавало схожесть с эдакой мумией нашего времени. Я постарался привстать и, с удивлением обнаружил, что мне это дается вполне легко. Нога еще слегка ныла, но отек уже спал, а тело не отзывалось болью при каждом движении. Кстати, только сейчас заметил, что на мне уже нет тряпья, именуемого одеждой. Я был облачен в белую длинную рубаху, на манер ночнушки. Аккуратно встав с постели, подошел к моему соседу. Тот тяжело дышал и, по всей видимости, крепко спал, изредка постанывая от боли. Были видны только его глаза, все остальное скрыто под плотным слоем бинта. Культя выглядела жутковато - руки не было по самое плечо. Отойдя от покалеченного бедняги, подошел к входной двери. Ручка легко подалась, открывая мне проход в абсолютно безлюдный коридор. Холодный кафель пола неприятно ощущался под ступнями, но выбирать не приходилось - обуви мне не предоставили. Любопытство взяло надо мной верх и я вышел из палаты, боязливо прижимаясь к стене. Коридор представлял собой широкий и хорошо освещенный проход с множеством дверей. Вероятно, это были такие же палаты, как и моя. Впереди была развилка, ведущая в обе стороны. Внезапно с правого хода послышались мужские голоса. Сердце быстро забилось, и я лихорадочно начал озираться в поисках укрытия. Кто знает, что они подумают, увидев меня? Дернул ближайшую дверную ручку. Проклятье! Закрыто! Я бросился к другой двери - в этот раз она открылась без проблем. Стараясь не шуметь, спрятался и присел у входной двери в чужой палате, слыша, как мимо меня проходят те самые владельцы голосов. В комнате стояла кромешная тьма - окна были заклеены черной пленкой и завешены тяжелыми шторами, а в воздухе стоял удушливый запах хлорки. Внезапно, из дальнего правого угла послышалось кряхтение и кашель. Спина моментально покрылась холодным потом.
-«Кто здесь? Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Я такой же пациент»- мой голос слегка дрожал от волнения. Ответом мне послужила тишина. Может, почудилось? Барабанные перепонки напряглись, стараясь выхватить хоть какой - то звук, но все было тщетно. Пора убираться отсюда. Я уже было собрался выйти, как снова послышался тот же самый звук. Вернее даже мычание, в котором угадывалось...Мольба?! Плюнув на собственную безопасность, принялся на ощупь продвигаться к пациенту. Если эта палата построена по такому же принципу, как у меня, то найти бедолагу не составит особых хлопот. Через дюжину несмелых шагов, я уткнулся в кровать, на которой кто - то лежал не двигаясь. Мычание усилилось, подтверждая мою догадку.
-«Сейчас, дружище, подожди»- заверил беднягу и двинулся к окну. Отбросив штору, подцепил ногтем уголок темной пленки и слегка отодрал его. В комнату ворвался лучик света, осветивший точно то место, где лежал незнакомец. Повернувшись к нему, мое сердце практически остановилось от увиденного ужаса. На кровати лежало...нечто. Обрубок человека, без единой конечности. Все его тело покрывали шрамы и швы, которые были наложены совсем недавно. Глаза были закрыты, а иссохшие губы пытались что - то произнести. Отойдя от первого шока и пересилив себя, приблизился к нему, пытаясь понять, что он бормочет. Помимо всего, он еще оказался и без языка, поэтому ему удавалось только мычать. В груди застыл страх и сочувствие.
-«Боже... Что же с тобой произошло?»- спросил я неизвестно у кого, но эти слова произвели ощутимый эффект. Бедолага задергался, размахивая обрубками конечностей и пытаясь мне что - то сказать, но у него никак не выходило.
-«Успокойся, я не враг» - попытался было успокоить его, но, ничего не вышло. Он продолжал барахтаться и кивать головой в сторону окна, поглядывая то на меня, то на оконный проем.
-«Ты хочешь, что бы я еще отодрал пленку?»- поинтересовался я. Тот отрицательно замотал головой и, неудачно повернувшись, свалился на пол. Одно туловище, без рук и без ног казалось омерзительным и леденящим душу. От удара швы на боку разошлись, и потекла кровь. За дверью послышались чьи- то голоса, видимо их привлек глухой удар в палате. Помочь я ему уже не успевал, нужно было спасаться - наспех приклеив обратно пленку, нырнул под стоявшую напротив кровать, стащив простынь пониже, тем самым закрывая себя. В эту секунду дверь открылась и в палату зашли два санитара, освещая себе путь фонариками.